Книга Чёрный ратник 3, страница 36 – Макс Гато

— Шаги, — выдохнул Соловьёв одними губами.

Ярослава подобралась как кошка перед прыжком. Соловьёв же наложил стрелу на тетиву.

Шаги приближались. Они были неровные, торопливые и сбивчивые. Похоже, что кто-то бежал, спотыкаясь о корни и камни. И явно не один.

Я прижался к скале у самого входа, готовый встретить любого, кто сунется внутрь, ударом в горло. Ярослава замерла напротив, её клинок был готов для работы на ближней дистанции. Соловьёв держал тетиву натянутой, целясь в просвет между нами.

Шаги усилились, и к ним добавилось сбивчивое, неровное дыхание. Никакого сигнала, о котором мы договорились заранее, не прозвучало. Один миг, второй, третий.

Шаги раздались уже совсем рядом. В проёме мелькнула фигура, и я тихо шагнул вперед, занося меч для удара.

Меч со свистом пошёл по дуге, но я вовремя остановил удар. В проёме показалась знакомая фигура. Это был Иван. Он ввалился внутрь, споткнулся о камень, и рухнул на колени прямо у входа.

Его огромная фигура заслонила собой огонь пожара в лагере мятежников, но даже так было видно главное. Он сжимал рукой бок, и сквозь пальцы толчками выплёскивалась тёмная, густая кровь. Его лицо было бледным, всё покрыто испариной и грязью.

— Чтоб тебя, — выругался я, убирая меч и бросаясь к нему.

— Сзади… — прохрипел Иван, мотнув головой в сторону входа. — Там Громов…

Соловьёв выскользнул наружу. Через мгновение он вернулся, поддерживая тяжело шагающего Матвея. Громов выглядел лучше Ивана, на нём не было видно крови, но его зелёная аура, обычно спокойная и плотная, едва мерцала тусклыми прерывистыми всполохами. Он двигался медленно, как будто шёл сквозь воду.

— Главное живы, — произнёс Соловьёв, опуская Громова у противоположной стены. — Но хорошего мало.

Ярослава вмиг оказалась рядом с Иваном. Она быстро проверила рану. Даже в полумраке рана выглядела неприятно: она была глубокой, рваной, и кровь шла непрерывно.

— Тим, — позвала меня Ярослава, но я уже развязывал походный мешок.

Мои руки двигались быстро и точно, без лишней суеты. Через мгновение на свет появились чистые лоскуты, пузырёк с шипучей, едко пахнущей жидкостью и зелье лечения.

— Держи его, — коротко бросил я Ярославе.

Иван зарычал, когда я плеснул жидкость прямо в рану. Настой запузырился, превращаясь в пену и смешиваясь с кровью. Запахло металлом и горечью. Иван стиснул зубы так, что они захрустели, но не издал больше ни звука. Только огромные кулаки вмяли каменную крошку в землю.

Я передал зелье лечения Ярославе, и она напоила им Ивана.

— Повезло тебе, — коротко проинформировал соратника я, быстро накладывая повязку. — Внутренности не задело. Но шрам будет хороший.

— Я и не такое терпел, — выдавил Иван сквозь зубы.

Я быстро глянул на Громова. Он прислонился спиной к камням и тяжело дышал, зелёная аура медленно затухала, но он хотя бы был в сознании и без видимых ран.

— Кто вас так? — спросил я быстро, не отвлекаясь от перевязки.

— Вольные ратники, — выдохнул Громов. — Выследили нас у самого лагеря. Мы схлестнулись в лесу, у старого русла.

Он замолчал, переводя дух. Соловьёв тем временем занял позицию у входа и следил за окрестностями.

— Маги были? — уточнил я.

— Один, — подтвердил Иван.

Я тут же нахмурился.

— Не болтай, силы тебе ещё пригодятся.