Книга Видок 1-5, страница 567 – Григорий Шаргородский

Похоже, аналогичную картинку нарисовало и воображение жандарма, поэтому он лишь кивнул и добавил для проформы:

— Кандалы после вернете, расписку брать не буду.

Засим троица жандармов удалилась вслед за основной массой нашего отряда. Ну а я искренне улыбнулся нашей пленнице:

— Да, милая, именно так я и собираюсь поступить. Ты голову-то включи, дурочка. Думаешь, покровитель Матюхина, как бы высоко он ни сидел, станет ссориться с церковью?

То, как она дернулась при упоминании фамилии нанимателя, откровенно меня порадовало, так что я продолжил:

— Сатанинские шуточки стали вашей огромной ошибкой. Поверь мне, в лучшем случае от вас с этим рыжим скотом попросту откажутся, а в худшем — на всякий случай — тихонько удавят. Единственный шанс выжить — это сделать так, чтобы у тебя за душой не осталось никаких секретов. Зачем убивать кого-то для сокрытия того, что и так всем известно?

Фурсовой ума явно не занимать, но, судя по взгляду, убедил я ее не до конца.

Ну что же, зайдем с другой стороны.

— Давайте сыграем в одну интересную игру. Вы ведь уверены, что, едва мы окажемся в городе, господин Матюхин избавит вас от тягостного общения со мной? Предлагаю пари без денежной ставки. Я берусь доставить вас к воротам монастыря раньше, чем ваш наниматель сможет приблизиться к нам хотя бы на десяток метров.

Похоже, она не поверила и на этот раз. А зря.

К моменту завершения нашей милой беседы события на острове окончательно вернулись в мирное русло. Подошло к концу даже мародерство, и участники налета наконец-то вспомнили о раненых товарищах. Да, таковые имелись, в количестве шести штук. Хорошо хоть тяжелых среди них не было. В смысле тяжелых для местной медицины, потому что угодившая в живот казака пуля в моем родном мире вызвала бы у всех его друзей исключительно похоронное настроение.

В итоге пришлось срочно снаряжать санитарное судно, на которое мы и загрузили раненых. С ними увозили и труп любовника Фурсовой. Сама ведьма пока оставалась на острове. За штурвал сел Чиж, которого я перед отплытием озадачил еще парочкой заданий.

Отправив в город раненых товарищей и тем самым успокоив остатки своей давно атрофировавшейся совести, казаки и шатуны вернулись к обыску уже всего острова в надежде найти еще что-нибудь ценное. Зорян с сынком тоже не пожелали оставаться в стороне. Чуть позже Леха увез жандармов.

Я же просто присел под березкой и задремал. Когда понял, что сейчас провалюсь в сон, пришлось оторвать Пахома от кладоискательства и использовать его в качестве охранника для ведьмы, а также в роли живого будильника.

Разбудил меня не Пахом, а его отец, которому явно надоело лазить по острову. Впрочем, оставшиеся на острове казаки тоже закончили поиски, и сейчас станичники разливали синюю жидкость из трофейной бутылки по трофейным же стаканам. Прямо на траве была разложена закуска.

— Вы хоть проверили, что они там пьют? — спросил я у Зоряна и успокоился, увидев уверенный кивок.

— Может, пора и нам домой возвертаться? Чего тут сидеть? — спросил ведьмак.

Сверившись с выуженными из кармашка жилетки часами, я отрицательно качнул головой:

— Еще полчаса. Почему бы и нам не выпить, дядька Зорян?

— Хорошее дело в доброй компании, — улыбнулся в усы ведьмак и тут же грозно нахмурился на сына: — А ты слюни-то подбери. Мал еще.