Книга Сладкая девочка из Королевства Эл 4, страница 81 – Анна Чернышева

— Ты разве не живёшь в доме с пекарней? С Лили и Сибиллой? — начала потихоньку расспрашивать.

— Нет, — он помотал головой и шмыгнул носом. — Эта толстуха меня выгнала и обозвала гадёнышем. Я у неё своровал курицу, чтобы продать на рынке.

Я не выдержала и рассмеялась. Таким это казалось неправдоподобным.

— Ты? Курицу? — и снова начала смеяться.

Мальчишка совсем расслабился и тоже начал подхихикивать.

— Ну да, я её поймал и утащил, думал, никто и не заметит. У неё этих куриц! Вот сколько! А на рынке за неё хорошую цену дали. И мы потом ещё долго кутили…

— Ксандер, давай мы с тобой договоримся, — заговорщически сказала я ему. — Я соберу ещё еды, а ты меня проводишь в этот приют. И мы порадуем твоих сирот.

— А уговор в чём? — не понял он.

— В том, что ты никому не расскажешь, кто я на самом деле.

Он с сомнением покосился на мою шевелюру.

— Я сделаю так, что у меня не будет рыжих волос, — пообещала я. — Договорились?

Он кивнул.

— А теперь беги и никому ни слова! Но я жду тебя завтра в это же время. В парадную дверь не ходи, просто жди в саду, хорошо? Я переоденусь и выйду.

Он кивнул и в ту же секунду исчез в зарослях.

Да, дела. Сибилла была скора на расправу, а мальчик слишком долго жил на улице, чтобы исправиться в ту же секунду, что его взяли в приличный дом. Но прогонять его и обрекать на голодное существование…

Я тяжело вздохнула. Я со своими современными взглядами многое считала само собой разумеющимся. А люди здесь привыкли жить по-другому. Поэтому придётся просто помогать тем, кому могу. А смогу я совсем скоро намного больше, чем простые смертные.

Я сделала себе заметку в голове, что надо бы заняться вопросами приютов и больниц, чтобы навести порядок хотя бы там для начала. И поспешила в дом, совсем забыв, что собиралась потренироваться в магии. Слишком много дел на меня навалилось.

Глава 18

И снова невероятный контраст. Ещё два дня назад я блистала в диковинном для здешних мест наряде и дирижировала оркестром из аристократов, а сегодня крадусь по собственному дворцу, как тень.

Будто барышня-крестьянка, я оделась в платье, позаимствованное у Юли, и повязала на голову платок. Но не по-крестьянски, а по-цыгански. Городские девушки носят именно так — и я вспомнила Мег, которую вытолкала взашей из своего дома за воровство.

С помощью колдовства мои волосы превратились в каштановые, и я уже ничем не напоминала рыжеволосую девицу из рода Эллингов, которую могли опознать на улице. В руке у меня была тяжёлая корзинка, куда я уложила хлеб, сваренные вкрутую яйца, сало и соль. Сытно, калорийно, есть белок — так я ориентировалась на то, что в первую очередь понадобится голодным детям. Корзина оттягивала руку, но я мужественно терпела, понимая, что до столицы придётся нести её и не жужжать.

Почему я не поехала туда официально, как принцесса? Потому что чувствовала, что к моему приезду многое успеют скрыть и убрать с глаз долой. У нас так постоянно делали — как только приезжали какие-нибудь официальные лица и журналисты с камерами — всё, ни словечка правды не дождёшься. Да мы даже дома перед приходом гостей убирались так, как никогда не убирались в обычные дни. Стыдно же!

А мне хотелось узнать, как Ксандер и его знакомые живут на самом деле. И ещё с некоторых пор у меня больно сжималось сердце, когда речь шла о детях. Да кого я обманываю? Это началось с той пещеры, где установлена памятная табличка. Слово «дети» для меня теперь вечный триггер.