Книга Сладкая девочка из Королевства Эл 4, страница 46 – Анна Чернышева

— Я и сам не понимаю. В том числе для того, чтобы понять, я и решил узаконить магию. Её нужно изучить, чтобы предупредить подобные случаи в будущем. Возможно, есть какое-то лечение или ещё что-то в этом роде.

— Значит, армия и магия. А как же образование? Медицина? Условия труда? Сельское хозяйство? Этим занимается Хантер?

Король странно на меня посмотрел, вертя в руках косточку от абрикоса. Потом осторожно положил её на стол, где уже выстроились три других. Получился идеальный ряд, словно по линеечке.

— Чем-то срочным занимается Хантер и просто докладывает о том, что сделано. У него есть моя печать и право ставить свою подпись там, где не требуется каких-то судьбоносных решений. А если чем-то мы и не занимаемся, то только потому, что не хватает времени в сутках. После свадьбы ты вполне можешь взять на себя что-то из этого.

Я улыбнулась. Что ж, возможно, когда-нибудь, если я буду готова к такой ответственности…

— Прости, дорогая, но у меня встреча с губернатором. Я вынужден тебя покинуть!

Эйдан встал и, близко подойдя к моему стулу, легко наклонился и поцеловал в губы. Накопленное статическое электричество больно ударило искрой в верхнюю губу, и мы оба вздрогнули.

— Прости! — он смутился и погладил большим пальцем губу. — Я не специально!

Я улыбнулась и кивнула головой.

— Я ещё посижу, больно вид хороший, — пробормотала я. — А ты иди.

И он вышел, явно торопясь решать свои важные государственные вопросы.

Ну что ж, у меня тоже были задачи не менее сложные. Моя задумка была близка к завершению, и нужно было тщательно всё подготовить. А ещё вчера перед сном появилась крутая мысль, которая не давала мне покоя. Нужно будет спросить у Бри, как можно это воплотить в жизнь!

* * *

Мама рассказывала, что когда они с папой переехали в свою первую квартиру — ту самую, в которой я побывала вместе с Бри — они первое время спали на матрасе, брошенном прямо на крашеные доски пола. Вместе клеили обои, выбирали мебель и занавески. Папа запрещал делать дырки в стенах, чтобы повесить картины и фотографии, и мама тайком от него бегала с молотком и пыталась забить тонкие гвоздики в бетонные стены. Те ломались, а она сквозь зубы ругалась и требовала от отца повесить дорогие сердцу изображения.

В конце концов они договорились, что повесят картины там, где они будут находиться всегда. Папа организовал дырки в стенах, а мама выбрала рамы. И сколько я жила потом в этой квартире, фотографии никогда не перевешивались. Папы уже не было, а новых картин мама больше так и не повесила.

Здесь же не пришлось идти на такие жертвы. К моему приезду дворец был вымыт и гулко отдавал эхо, когда я шла на маленьких каблучках принимать работу.

У дворца полукругом выстроились маги — совсем молодые ещё эллийцы — и гордо ожидали моего вердикта. Рядом со мной шла Бри, давая необходимые пояснения. Во всём чувствовался её безупречный вкус — и я радовалась, что именно она занималась этим проектом.

Если бы она родилась в моём мире, то из неё получилась бы известная модель, дизайнер одежды или интерьеров. Невероятный талант и безупречный стиль там ценятся гораздо выше, чем здесь.

Самой оформленной частью дворца оказалась оранжерея — сюда привезли уже выращенные в горшках и кадках растения со всех концов Эла. В основном тут были вечнозелёные пальмы, ярко-цветущие тропические лианы и карликовые копии больших деревьев. К сожалению, в ботанике я разбиралась гораздо хуже, чем в кулинарии, но увиденное очень порадовало. Я поспешила к пальме и прислонилась к её стволу.