Книга Баллада о павших драконах, страница 67 – Сара А. Паркер

Он с первобытной свирепостью вцепляется в шею атакующего Молтенмау так, что у меня внутренности переворачиваются.

Болезненный визг, и они исчезают, сцепившись, в быстро надвигающемся тумане, прочь из нашего поля зрения. Мой пульс колотится в унисон с бешеными ударами их крыльев.

Каан ругается сквозь зубы. Поднимает меня с силой, совершенно невозможной для того, кто только что был в отключке, а затем пронзен железными штифтами, до сих пор торчащими из тела.

— Новый план, — рычит он, впиваясь взглядом в своего дракона. Который — насколько я знаю — вообще не должен был здесь находиться. — Нам нужно найти способ оседлать Райгана, пока не слетелся остальной батальон.

Его вулканическая энергия заставляет кожу зудеть, словно внутри него что-то извергается, и следующие слова пробирают меня до костей:

— Он не отступает от боя, даже если тот безнадежен. А я отсюда без него не уйду.

Мы мчимся сквозь густеющий туман, мимо дезориентированных пергаментных жаворонков, которые кружатся на месте и врезаются в стены. Почти не чувствую штифтов в спине, словно плоть стала прочной и твердой, как камень.

Твердой, как драконья чешуя.

Это временная мера, как и энергия, пылающая в жилах, но весьма кстати.

Раздается рев. Гортанный крик. Грохот, от которого содрогается земля… и тишина. Никакого громоподобного биения крыльев Райгана, что может означать лишь одно.

Он на земле.

Страх сжимает сердце так сильно, что оно вот-вот разорвется. Туман стал настолько плотным, что дальше трех футов ничего не видно. Райган не приближался к такому с тех пор, как много фаз назад я нашел его в зыбучих песках. Он избегает этого намеренно, даже если приходится тратить лишние дни, чтобы добраться до цели.

Но сегодня он влетел в туман. Ради меня.

Ради Рейв.

Внутри отзывается панический ритм его пульса, и я сворачиваю в широкий переулок, следуя интуиции. — Сюда.

— Триумвират устроит нам чертов праздник за этот бардак! — орет сзади Пирок. — Можем сразу бить в пыльные барабаны войны и вооружать границы.

Он прав.

Я делал все, чтобы этого избежать. Схватил возчика, чтобы никто не узнал, что я здесь. Запер Райгана, чтобы он не думал, будто мне нужна помощь, но он все равно рванул вперед с грудью, полной пламени, как только я потерял сознание.

Он напал на солдата батальона Цитадели — поступок, который однозначно расценят как акт войны. Учитывая грядущие лунные падения, возмездие может быть не сиюминутным, но оно неизбежно.

Готов поставить на это жизнь.

— Сейчас важно лишь одно: пересечь границу всем нам, включая Райгана, — рычу я, преследуя интуицию по узкому переулку.

Я не могу его потерять. Не знаю, как существовать без него.

И не буду.

В небе над головой мелькает желтая полоса. Мы все вчетвером бросаемся под защиту каменной арки, когда Молтенмау издает знакомый пронзительный визг. Женский.

Панический.

— Бля-я-ять, — бросает Пирок и срывается на бег, преследуя маленького дракона, скользящего сквозь туман. Мы вылетаем во двор в тот момент, когда Маэлл приземляется, распушив золотистое оперение перед подбежавшим Пироком.

— Она не хотела оставаться одна, — бросает он через плечо, пока Маэлл трется о его грудь и обвивает хвостом пояс, ища утешения. Похоже, она готова залезть к Пироку на руки, хотя стала чертовски больше, чем раньше. Вдвое крупнее Лири, только без рыка и зубов.