Книга Я (не) смогу тебе помочь, страница 52 – Татьяна Киселева, Леся Громовая

— Девочка моя, так это и не вино, считай. Здесь всего-то семь градусов. Компотик, для таких малышек, как ты. Попробуй, тебе понравится, я совсем немного налил.

Девушка несмело подносит бокал ко рту. Вино, видимо, и на самом деле не внушает ей опасения, и она отпивает несколько глотков.

— Умничка, моя, — Олег подносит к её губам виноград, шепчет, — Я же не настаиваю на чём-то более серьёзном. Я понимаю, что ты к этому не готова. Но обниматься и целоваться, мы же можем?

А потом предлагает: — Выпьем на брудершафт?

И Ирина соглашается. Олег снова наполняет бокалы, на сей раз у девушки почти полный.

— Ну что, давай до дна, — он чокается с ней и, когда девушка выпивает, забирает пустой бокал и ставит на стол. Затем подхватывает девчонку и усаживает к себе на колени. Она дёргается, но парень, припав к её губам, пресекает на корню попытку к сопротивлению. Девчонка обмякла в его руках, а парень времени не теряет, шепчет ей на у́шко, что без ума от неё, что она самая лучшая, единственная. Целует её в шейку, покусывает мочку уха, гладит по стройной ножке. И вот его рука уже скрывается под юбкой…

​— Тьфу ты! — возмущается баба Глаша, — И чем только он цепляет этих дурочек?! Сказал пару ласковых слов, а она уже уши развесила…

Я её понимаю, пожилой женщине сейчас и больно, и обидно за внучку.

— И, правда, смотрите, совсем растаяла, прямо как снегурка, — соглашается Димка, с интересом наблюдая за парочкой.

— Димка, пора прекращать этот ужас, пока не поздно.

— Да ладно, баба Глаш, интересно же…

— Негодник! Я тебя для чего взяла сюда: на это бесстыдство смотреть?! Я тебя о помощи просила!

— Да ладно-ладно. Чтобы мне сделать-то такого, — Димка осматривается, а потом смахивает со стола пульт от телевизора. Но наша парочка не обращает на это никакого внимания. Слишком увлечённо целуются. Но сказать по правде, и шуму то почти не было, так как пульт попал на угол ковра, лежащего на полу.

— Может, телевизор уроним? — предложила баба Глаша, кровожадно посматривая на стоявшую на тумбе плазму.

Димка рассмеялся: — Нет, бабуль, боюсь, мне потом в небесной канцелярии на подобное расточительство в мире живых штраф выпишут! Сейчас грохнем что-нибудь не такое дорогое. Нам же что надо? Чтобы шуму и веселья было побольше, правильно?

Он подлетел к большой картине. Заглянул за изнанку, а потом, показав большой палец бабе Глаше, с размаху ударил кулаком по верхней части рамы.

Картина сорвалась со стены и с грохотом свалилась на пол, разбивая основу в дребезги. Осталось целым только полотно, а вот дерево превратилось в щепки. На мой взгляд, Димка немного перестарался, но эффект точно произвёл нужное впечатление.

Парочка разлепилась, Ира отпрянула от Олега, со страхом, начав озираться.

— Что это? — дрожащим голосом спросила она. — Что это было?

— Не понимаю — ответил парень, — картина почему-то свалилась. Странно… Она, конечно, тяжёлая, но я её хорошо закреплял, — пробормотал он, вставая и осматривая то, что осталось от рамы.

— Ай, ну и ладно! Чёрт с ней, иди лучше ко мне — он уселся на диван и потянул девушку на себя, а когда та упала на него, шепнул: —Продолжим, сладкая?

Но Ирина упёрлась руками ему в грудь, не давая себя поцеловать, а после вывернулась из объятий и поднялась с дивана. Похоже, происшедшее помогло ей прийти в себя.