Книга Я (не) смогу тебе помочь, страница 14 – Татьяна Киселева, Леся Громовая

— Спасибо вам, Василиса Леонидовна.

— Вася, зови меня Васей или Васёной, мне так привычнее. Телефон мой у тебя есть, если что надо, звони. Ну, я побежала, а то на маршрутку опоздаю, — заглянув на кухню, попрощалась с детьми, — Танюшка, Вася, до свидания. Не скучайте! Пока, Вика.

Дома, немного перекусив и напившись чаю, уселась сканировать фотографии. Отправила папку на электронную почту дочке.

Перебирая старые фотографии, подумала и решила отсканировать их всё.

Пусть будут, создам отдельные папочки, скину их на выносной диск. Подпишу, кто, где и чем «знаменит», как уже сделала это для Алины, и пусть лежат. Есть-пить не просят, а внукам будет потом память.

Для начала решила рассортировать те фотографии, что уже отсканировала. Но не успела приступить, как на телефон одно за другим посыпались сообщения.

Дочка благодарила и обещала позвонить вечером или завтра утром. Второе сообщение было от Вали:

«Васен, ты дома? Если дома, маякни, я подскачу. Меня Ванька отпустил на пару часиков».

Я знала, что подруге время от времени требуется побыть вдалеке от своего неугомонного и шумного семейства. Валя обожала своих детей и мужа. Но постоянно вариться в одном и том же, утомит кого угодно. Поэтому написала ей коротко: «Приезжай».

А сама пошла на кухню, настрогать на скорую руку какой-нибудь салатик. Валюха, она такая, непременно разведёт на сто грамм. Тем более что на свой день рождения, я девчонок не пригласила. Когда в последний раз забегала к Березиным, насчёт вещей для детишек Вики, Валюха многозначительно произнесла, вручив подарок:

— Что Королёва, зажала, да? Зажала. Держи вот подарок и готовься! Всё равно проставиться заставлю, не отвертишься у меня.

Я резала огурчик и улыбалась, вспоминая надутые губки подруги, когда я сказала: — Валь, а может, ну его, а? Может, не надо?

— Надо, Вася, надо! — категорично ответила Валентина и, хитро улыбаясь, добавила: — А потом, неужели ты откажешь мне в удовольствии, хотя бы чуть-чуть расслабиться?

Звонок в домофон отвлёк меня от воспоминаний. Я ополоснула руки и, вытирая их на ходу, пошла открывать двери.

В коридор шумно ворвалась Валя:

— Привет, Васён, представляешь, там такой снег валит. Красиво! Ух! Слушай, что я сочинила:

«Как же надоели эти ноябри,

От хандры спасают лишь каберне и бри». (1)

Держи, подруга, сейчас пить будем!

Я фыркаю. Валя в своём репертуаре: любит подруга баловаться рифмоплётством. Иногда очень даже смешно получается.

Она суёт мне в руки пакет и бутылку вина. Шустро снимает пуховичок, вешает. Секунда — и сапожки стоят на обувнице, словно тут и стояли.

Звонок в дверь заставляет меня замереть на пороге кухни. Кого это там ещё занесло?

— Валюш, посмотри, кто там пришёл! — кричу я и ставлю бутылку и пакет на стол. Разворачиваюсь и снова иду в прихожую, где от удивления роняю челюсть на пол. В прихожей тесно от нежданных гостей.

Валюха с кучей пакетов в одной руке и тортом в другой оттесняет меня в комнату.

— Идём стол накрывать, хозяйка.

И я иду. Мы выдвигаем и разбираем мой стол. Я достаю новую скатерть.

— Валь, надо доставку заказать, у меня шаром покати, — бормочу я, — я же не ждала столько гостей. Салат, вот только греческий настрогала.

— Не боись, Васён, у нас всё с собой. «Приходите в гости, будет винегрет.