Книга Развод. Скажу спасибо, страница 35 – Оливия Туманова

Я сначала не знаю, с чего начать.

С того, что я ушла от мужа? С того, что мне страшно возвращаться домой? С того, что он изменял мне?

В итоге я говорю самое простое:

— Я хочу развестись.

Андрей Николаевич кивает и делает короткую пометку в блокноте.

— Муж согласен?

Я усмехаюсь без радости.

— Он сказал, что не даст мне развод.

— Это распространённая фраза, - спокойно отвечает он. - Но развод - не разрешение, которое выдает супруг. Это ваше право. Если муж не согласен, он может затянуть процесс. Может не прийти на заседание. Но бесконечно удерживать вас в браке он не сможет.

Я смотрю на него, не сразу веря услышанному.

— А если он будет говорить, что я ушла к другому мужчине?

— Это не лишает вас права расторгнуть брак. Вам не нужно доказывать, что вы достаточно несчастны, чтобы развестись.

От его слов я чувствую, как в груди становится чуть легче. Он не смотрит на меня с жалостью, не перебивает и не пытается сказать, что мне следует делать.

— Он изменял мне, - говорю я тише. - Я знаю это. Но доказательств у меня нет.

— Они не потребуются, если речь только о разводе. Главное - ваше решение.

Он спрашивает, есть ли у нас дети. Я качаю головой.

Есть ли общее имущество. Я снова качаю головой. Квартира, машина, деньги - все это принадлежало Антону. Он всегда так говорил.

Андрей Николаевич открывает папку и выкладывает передо мной несколько листов.

— Я подготовлю заявление. Вам нужно будет проверить данные и подписать.

Через десять минут он протягивает мне лист бумаги. Я читаю строчки, но буквы сначала расплываются.

“Заявление о расторжении брака”. Мое имя. Имя Антона. Дата нашей свадьбы.

Пальцы дрожат, когда я беру ручку.

Перед глазами на секунду появляется наша свадебная фотография. Белое платье. Цветы. Антон, который держит меня за руку и обещает, что мы всегда будем вместе.

Потом я вспоминаю другое. Его голос в прихожей: “Ты приползешь обратно.”

И ставлю подпись.

Андрей Николаевич забирает документы, внимательно проверяет их и кладет в папку.

— Я отправлю заявление сегодня. А вы сохраните все сообщения от мужа, звонки и любые попытки с вами связаться. Ничего не удаляйте.

— Хорошо.

— И, если понадобится забрать вещи, не встречайтесь с ним наедине. Возьмите с собой подругу или родственников.

От слова «родственников» становится больно, но я только киваю.

Когда мы выходим из офиса, Кристина берёт меня под руку.

— Ну что? Как ты?

Я смотрю на папку с копиями документов в сумке. Страшно.

Но впервые этот страх не заставляет меня бежать назад.

— Кажется, я правда это сделала, - шепчу я.

— Сделала,- улыбается Кристина. - И я тобой горжусь.

Мы спускаемся по ступенькам и выходим на улицу.

Я машинально смотрю через дорогу. Там стоит черная машина. Та же самая или просто похожая - я не знаю. Габаритные огни тускло светятся в сером утреннем свете. За лобовым стеклом ничего не видно.

Я останавливаюсь.

— Кристина…

Она прослеживает мой взгляд.

— Что?

Я не отвечаю.

Потому что в этот момент черная машина медленно трогается с места.

Утром я просыпаюсь раньше будильника.

Несколько секунд лежу, глядя в потолок гостиной Кристины, и не понимаю, почему внутри так странно. Вроде бы ничего не изменилось. Я все так же сплю на ее диване, мои вещи лежат в дорожной сумке у стены, а телефон по-прежнему выключен.