Книга Прости, Мария, страница 95 – Аманта Сантос

Изабелла опаздывала. Хосе Игнасио дожидался ее в кафе уже почти десять минут. Впрочем, он не очень торопился, поэтому эта маленькая небрежность Изабеллы нисколько не портила ему настроения. Он сидел, потягивая из высокого бокала лимонад, и мечтательно улыбался. Он представлял себе, как сейчас в маленький зал, заставленный столиками, торопясь, вбежит Изабелла и бросится целовать его, стараясь заслужить прощение за свою медлительность. На столике перед Хосе Игнасио лежал огромный букет любимых Изабеллой белых роз. Негромко играла музыка, и он в ожидании расслабленно прикрыл глаза. И почти сразу же на них легли, крепко прижав веки, маленькие теплые ладошки. Ощущение это было так приятно, что Хосе Игнасио счастливо улыбнулся и промолчал, желая, чтобы чудесное мгновение продлилось еще хоть немного... Потом он почувствовал на своем затылке легкое нежное дыхание, а затем к его волосам прижались мягкие горячие губы...

— Изабелла, я знаю, это ты, — не выдержал Хосе Игнасио... и тут же наваждение исчезло. Обернувшись, он увидел смущенное лицо совершенно незнакомой ему девушки. Незнакомка сбивчиво лепетала какие-то извинения — она совершенно очевидно приняла его за другого. Хосе Игнасио вежливо успокоил ее, сказав, что она совершенно его не обидела, но его смутили прыгавшие в ее глазах лукавые искорки. Впрочем, несколько минут спустя он уже забыл о недоразумении и думал только о том, что опоздание Изабеллы что-то слишком затянулось. Могли он знать, что его жена, наблюдавшая через большое стеклянное окно, как неизвестная девушка целовала его, спешит, с трудом сдерживая слезы обиды, куда угодно, только подальше от этого проклятого места.

Изабелла захлебывалась обидой. Опять, опять Хосе Игнасио обманул ее доверие... Ей вспомнился Париж, его поцелуи с Ивон. Тогда она поверила ему, и вот опять... Нет, это не могло быть случайностью. Такие вещи не повторяются дважды! Что же теперь делать? Что?

Сегодня в конторе дел у Хосе Игнасио было совсем немного. Он почти закончил все свои старые дела и еще не приступил к новым. Правда, Луис был страшно озабочен тем простеньким с виду дельцем которое досталось ему недавно. Но он молчал, и расспрашивать друга Хосе Игнасио не хотелось. Сам скажет, когда захочет.

Не дождавшись жену, он подошел к свой конторе, поднялся по ступенькам и вошел кабинет. Первое, что он увидел, войдя, был Луис, стоящий на коленях возле распахнутого сейфа, в котором он хранил текущие дела. Все бумаги, выброшенные оттуда, разлетелись по ковру. Услышав звук шагов, Луис обернулся. На лице его засветилась робкая надежда.

— Ты не брал бежевую папку с моим делом?..

— Нет, зачем мне...

— Она пропала, понимаешь, просто исчезла, и все.

— Луис, успокойся. Может быть, все совсем не так плохо, как тебе кажется.

— Да ничего мне не кажется. Вчера мой подопечный сообщил мне все, что знал. Это маленькое дельце стало большим и опасным делом о торговле наркотиками. Понимаешь, он называл имена, места встреч, многое другое. Сегодня утром в тюрьме мне сообщили, что он повесился в камере. Но у меня остались записи. Я рванулся сюда, а папка исчезла. Но не могла же она улететь в окно. Сейф был заперт. Ты уверен, что не брал документы?

— Уверен? — Хосе Игнасио начал закипать — Я их не только не брал, я их в глаза не видел.[