Книга Босс под полтос. Вместе из мести?, страница 27 – Виктория Волкова

Тогда каждый миг искрился! Я проживала роль и кайфовала. У меня была семья. Дети жили со мной. Аркашка если и гулял, то очень осторожно. И мне казалось, я живу в каком-то нереально красочном мире. Словно на розовых облаках летаю.

А сейчас…

Кошусь на Сомова, уверенно ведущего майбах к коттеджному поселку на всех скоростях. Интересно, куда он так торопится? Мажу взглядом по насупленной физиономии, по рукам, вцепившимся в руль.

Что ж тебя так раздраконило? Пять минут назад был весел и сыт. А сейчас что?

Сомов в моем представлении – как дите малое. Но сейчас со своими шуточками зашел очень далеко. Стравить Сухоноса с Вагитовым – дело нехитрое. Вот только потом они могут объединиться. Богдан Олегович сбежит, а я тут останусь на съедение двум матерым хищникам.

Аркашка с костями проглотит и не подавится. Что же делать? Вот это я попала… Может, стоило отдать этот дурацкий майбах?

«Миронова, ты чего?» – с возмущением вопит внутренний голос. – «Ну какой отдать? Сбрендила, мать?»

И я снова погружаюсь в музыку. За «Фигаро» следует Хабанера из Кармен. Она написана для меццо-сопрано, но обычно ее поют все кому не лень. Но когда ее пела я, у бедняжки Хосе не было шансов соскочить.

Машина подлетает к воротам поселка. Сомов сигналит на КПП, будто за ним сто чертей гонятся. Подруливает к моим воротам. И как только Майбах замирает на подземной парковке, с видом мученика вываливается из-за руля.

— Я думал, сдохну от этой пилки дров, – заявляет возмущенно. – Аж голова разболелась от дурацких трелей. Это вообще кто-то кроме тебя слушает? – смотрит на меня с сомнением. – И кто это пел вообще? Ужасный голос. Просто уши заложило от дурацкого мява. Как кошка орет на крыше…

— Кхмм… – выйдя из машины, поджимаю губы. Закрываю ворота гаража на засов.

Естественно, мне доподлинно неизвестно обо всех, кто любит слушать оперу, но в театре всегда аншлаг. И я точно знаю, кто поет.

Я. Та самая дурная кошка с крыши.

Спасибо вам, Богдан Олегович, правда, не от чистого сердца.

Молча поднимаюсь на первый этаж. Открываю входную дверь изнутри. Выхожу уже на крыльцо, как сзади несется бас Сомова.

— Марго, погоди. Мы не договорили. А что ты такая смурная? – вглядывается в мое лицо. – Обидел кто?

Зашибись! Он даже ничего и не понял…

— Все в порядке. Мне нужно к себе. Голова болит, – пытаюсь отвязаться от назойливого кавалера. Нужно позвонить кому-нибудь из знакомых. Узнать, чем закончилась потасовка около чебуречной.

Хотя… Дались они мне!

— Слушай, Марго, – хватает меня за руку Сомов. Разворачивает к себе. Его точно за угол не задвинешь. Если решил поговорить, всем ховаться.

«Это Дася. Всем ховаться. Дасе хочется общаться», – вспоминаю совершенно ни к месту.

— Что? – останавливаюсь посреди дорожки. Выжидательно смотрю на трамвайного хама. А ему хоть бы хны.

— Хочу тебя завтра с собой к Портнягину взять, – вздыхает он задумчиво. – Надо было и тебе прикид купить, что ли?

— У меня все есть, – отрезаю строго. – Но позвольте спросить, в каком качестве мне идти с вами к губернатору? Личного водителя, так и в бомбере сойдет…

— Ну как кого? – берет меня за руку. Целует пальцы. – Моей будущей жены, конечно!

Вижу, как во двор с улицы через кованые фрагменты ограды заглядывает соседка Игнатьевна. Эта сейчас всему поселку растреплет. Расскажет все, что знает, а что не знает, придумает.