Книга Босс под полтос. Вместе из мести?, страница 105 – Виктория Волкова

— Кто ваш доктор? – побегает к нам улыбчивая медсестра. Помогает мне сесть в кресло–каталку.

— Елена Васильевна, – сообщаю на автомате и тут же осекаюсь. – Ой, Елецкая в этот раз. Екатерина Андреевна.

— А вам повезло, – весело сообщает сестричка. – Екатерина Андреевна в отпуске…

— И в чем же наше везение? – сварливо интересуется Дася.

— Зато Елена Васильевна с нами, – торжественно сообщает сестра.

— Точно повезло, Дася! – тянусь к мужу.

— Не балуйся тут, Маргарита, – шутливо роняет он. Кладет ладонь мне на плечо. – Я же говорил…

— Нет, это я говорила, – снова пререкаюсь с Сомовым. И самой смешно.

А из административного отделения уже спешит навстречу Лена Валдаева. Она же Плехова. Все такая же собранная и решительная.

— А я и думаю, кто это к нам приехал? Маргариточка! За третьим?

— Ага! – отвечаем мы с Дасей хором.

— Сейчас узнаем, что случилось. Но в любом случае, я оставлю тебя на ночь, душа моя…

— Но, – растерянно смотрит на нее Дася.

Но Елена Васильевна у нас жена генерала. Знает, как высокоранговыми мужиками командовать.

— Лучше перестраховаться, – роняет она решительно.

— Да, – тут же соглашается с ней Дася и смотрит растерянно, как дитя малое. – Я подожду. Маргошка, я тут буду, – усаживается он в кресло. Закидывает ногу за ногу и всем своим видом показывает, что никуда не уйдет.

— Классного мужика отхватила. Поздравляю, – тихонечко шепчет Лена, направляя каталку к белым дверям, ведущим в отделение.

— Да, мне повезло, – кладу ладошку на ее руку.

Вздыхаю печально. Впервые со дня знакомства мы расстались с Богданом. А я так привыкла, что он всегда рядом. К его шуткам за триста, к дурацким прибауткам и к его нежности и любви тоже привыкла.

— Сохраним, если есть хоть малейший шанс, – по своему понимает мой вздох Плехова. – Не раскисай, моя хорошая.

Оборачиваюсь к Дасе, вижу его растерянное лицо. Как у ребенка, который потерялся в магазине.

— У тебя плохие анализы, – наутро выносит вердикт Плехова. – Оставлю я тебя здесь, Маргариточка. Полежишь под присмотром, посохраняешь, – улыбается мне. Но я точно знаю, что за улыбкой Елены Васильевны прячется стальной характер. Иначе бы она точно не вывезла.

Много на нее навалилось. Сама никогда не спрашивала. Но слухи у нас в Агдальске распространяются со скоростью света.

— Хорошо. А насколько? – уточняю в ужасе. Я же с ума сойду без Даськи.

— Недели две. А там посмотрим, Марго, – вздыхает Елена Васильевна. – Сама понимаешь, сейчас нам риски ни к чему. Мне не нравится свертываемость крови, еще ряд показателей. Как выправим, так сразу домой отпущу. А пока, занимай палату–люкс. И мужу скажи часы приема. И про боковую лестницу не забудь.

— Угу, – тяну печально.

Представляю недовольное лицо Богдана Олеговича и самой выть хочется. Да что же это такое? Когда жить нормально и спокойно?

Житья нет от бывшего. Кто бы уже врезал по носу Сухоносу. Тавтология получается. Но слов в этой песне уже не выправить.

«Сухонос, Сухонос, разрази тебя понос», – напеваю, лежа под капельницей.

А в голове уже складываются пазлы плана боевых действий. Пока маленькими фрагментами, но собираются в единую картину. Если все получится! Должно получится.

На тумбочке вибрирует сотовый.

— Сейчас подам, Маргарита Николаевна! – спохватывается медсестра Люся. Пожилая грузная женщина. Она в клинике работает с момента основания. И точно была, когда я за Майкой приходила.