Онлайн книга «Искатель, 2012 № 11»
|
— Что с «Москвичом»? — спросил он одного из них. — Почти в «гармошку» сложился. — А водитель жив? — От такого-то удара? Погиб мгновенно. Бес судорожно икнул, попятился к своей машине. А в голове мелькнула мысль: удастся ли ему так же ловко справиться с фотографом? 4 Утром Глазунов проснулся от щелчка дверного замка. Опустил на пол ноги, надел брюки, заглянул в комнату. Наташи не было. На застеленной кровати лежал листок бумаги, на котором было что-то начертано простым карандашом. «Спасибо за все!» — прочитал он и посмотрел на часы: без пятнадцати восемь. «Потом поговорим» — вспомнил Глазунов слова Наташи и раз-досадованно усмехнулся: «Вот и поговорили. Теперь ищи-свищи ветра в поле». Он прошел в ванную, побрился, умылся. Потом сготовил на кухне завтрак. А из головы все не выходила мысль о Наташе: почему за ней гнались, от кого она убегала? В половине девятого он вышел на улицу. Дул холодный, пронизывающий ветер, а хмурое небо было по-прежнему почти сплошь затянуто тяжелыми облаками. В такую погоду и в отпуск идти не хочется, но придется: по графику ему гулять в апреле, а сегодня уже девятое число, пора подавать заявление. С этой мыслью он и переступил порог редакции. И почти полдня просидел за столом, набрасывая вместо радужного очерка о заштатном городишке черновик тревожного репортажа о разладе и сумятице в головах горожан. А во второй половине дня у него состоялся крутой разговор с главным редактором. Тот ничего и слушать не хотел о подобном сочинении. Взгляд устало-иронический. Вовсю упрекал в непонимании сложившейся в стране ситуации, в попытках очернительства. Однако в конце примирительно взглянул из-под густых бровей и сказал: — Ладно, не ерепенься. Посмотрю на досуге... А тебе отдохнуть надо. Давай-ка, брат, в отпуск! Отвлекись от всей этой суеты. Договорились? Расстроенный Глазунов тут же начеркал заявление об отпуске и молча вышел из кабинета редактора. К себе идти не хотелось, и он отправился к Губенко. Павел встретил его, как обычно, радушно: — Привет, дорогой! Какие новости? В его крохотной фотолаборатории, погруженной в алый полумрак, из водопроводного крана журчала вода, повсюду стояли бачки, ванночки, глянцеватели... Глазунов с трудом нашел для себя свободное место у монтажного столика. — Какие уж там новости... Вот, в отпуск собрался. — Что так скоро? — Главный гонит. Отдохни, говорит, от забот и хлопот. Мой репортаж о Григорьевске зарубил. — Какой репортаж? Мы собрались делать очерк. — Не получается он, Паша, не получается. Ты забыл, с кого мы там снимки делали? Ни одного улыбчивого лица... — Значит, зря старались. Он убрал в шкафчик кассеты с пленками, раздраженно выключил красный фонарь, поднял на окне черную штору. В комнатушке сразу стало светлее. Помолчали немного. Губенко снял с глянцевателя пару свежих снимков. — Хочешь взглянуть? Глазунов протянул руку. На одном из снимков, темном и как бы смазанном, было запечатлено прильнувшее к стеклу салона автомашины какое-то привидение. — Кто это? — недоуменно спросил Глазунов. — Не узнаешь? А кто нам вчера грозил кулаком?.. Да-да, тот самый малый. Жаль, что снимок не получился. И все же, хочешь — подарю? — Зачем он мне? — На память. О вчерашнем происшествии... Кстати, что с той девушкой? |