Книга Искатель, 2012 № 08, страница 118 – Сергей Криворотов, Журнал «Искатель», Татьяна Косова

Уже совсем стемнело. Звезды привычных для меня созвездий зажглись над нашим домом. Полная луна залила мир вокруг серебристым нездешним светом, раскинула блестящую дорожку из дробящихся бликов по дремотному океану.

Мы оба молчим, уже давно молчим. Но в этой тишине меж нами нет вызова или вражды, лишь некоторая отчужденность. Мы оказались разные и поняли это теперь, а наше молчание явилось лишь прощальным выражением грусти от осознания этого.

Ночью мне приснился мир теней.

Белесоватая муть окружала меня, над головой вместо привычной зелени небесной распласталось подобие однородного желтого облака, бесконечно простирающееся вдаль до полного растворения в этой белесоватости.

А где-то в глубине светлой мглы неясно маячили большие подвижные тени переливающихся формой и недоступных для меня существ. Чем ниже я опускался, тем сумрачнее становилось вокруг, высоко над головой осталась желтоватая светлая пленка — граница иного мира. Неразличимые в подробностях тени существ приблизились, но оставались столь же неуловимыми для меня, как и вначале. Они сопровождали мое погружение. Я помнил, был совершенно уверен, что находился уже в этом странном пространстве прежде, и достаточно долго. Я чувствовал осторожные прикосновения чужих изучающих мыслей к своему сознанию, эти существа вокруг чего-то хотели от меня, ждали каких-то моих ответных действий. Но я ничего не понимал, только продолжал ощущать холодные прикосновения их пальцев или присосок к моему мозгу. Нет, я не испытывал страха, не ломал голову над поиском выхода отсюда, они не были мне враждебны изначально, и я полностью доверился их мудрой силе.

«Тим!» — позвал вдруг знакомый голос Рэ, и я повернул голову в поисках пропавшего товарища, забыв о его прежней бестелесное™ и не сразу постигнув присутствие его сознания в моем, как прежде.

«Прощай, Тим! Я остаюсь здесь...»

Я хотел ответить, но его уже не было со мной. Я проснулся и увидел, что нахожусь в той же, теперь уже темной комнате с чистыми белыми стенами и потолком. Холодная голубоватая луна заглядывала в окно, наполняя комнату серебристым причудливым светом. Рядом на кровати разметалась в беспокойном сне Стефа. Уже неделя, как мы отпраздновали свадьбу, и она перебралась к нам в дом. Отец отбыл вместе со своим крейсером вершить секретные дела, а матушка осталась, только счастье в ее глазах погасло, и я опасался, что теперь навсегда.

Тихо, чтобы никого не разбудить, я бреду через комнаты, выхожу наружу и двигаюсь дальше к берегу, меня влечет туда неодолимая сила. В свете луны спуск с обрыва хорошо виден, и я благополучно и без особого труда добираюсь до песчаной полосы. Пограничники так и не восстановили свою базу в ожидании продления договора с нашими уполномоченными, а пока значительно сбавили ретивость охраны рубежа. Да и не осталось в последнее время в наших краях желающих совершить Переход. Местных никогда это не манило, а чужаки либо убрались восвояси, либо уже осуществили эту заветную мечту. Так что я практически не рисковал сейчас встретить патруль бдительных стражей или угодить под луч мощного прожектора с несуществующей больше вышки.

Я раздеваюсь и захожу в приятно холодящую кожу воду, волны лижут мои ноги, словно знакомый прирученный зверь, обрадованный встречей. Когда вода доходит до плеч, я с силой отталкиваюсь ногами от дна и плыву вперед, прочь от берега. Вода слабо фосфоресцирует вокруг меня, лунная дорожка поверх этого свечения указывает мне путь.