Онлайн книга «Искатель, 2012 № 10»
|
Через час Максим вышел из домика-развалюхи в чужой одежде, с чужим чемоданом и чужими документами. Все свое он оставил невезучему парню. Отойдя с километр, Максим вытащил свой новый паспорт. Похож, но не очень... Он помял документ в грязных руках, положил страницу с фотографией на землю, потоптал, поднял, стряхнул грязь... Теперь совсем похоже. Теперь он Федор Жуков, уроженец села Поповка Румянцевского района... Из своих вещей у Максима-Федора была только коробка от женских туфель. А в ней находились перемотанные изолентой четыре бруска, похожие на хозяйственное мыло. В каждый были вставлены штырьки с проводками, ведущими к пульту с часами и большой красной кнопкой. Глава 10 Никто и никогда не сможет точно сказать, как формируется характер человека. Сколько в нем от наследственности, от генов, а сколько — от воспитания. И может ли один эпизод переломить все нутро личности: труса сделать храбрым, грубого — добрым, стыдливого романтика превратить в циника... В детстве Андрюшу Шишова любили все взрослые. Соседи отзывались о нем просто: хороший мальчик, вежливый. Для учителей он был примерным учеником, для родителей — послушным сыном. Для сверстников он был как пустое место. Уж слишком пай-мальчик. Таких не любят, но и не ненавидят. К окончанию школы он был близок к золотой медали, но получить ее не смог. Ни у него, ни у его родителей не хватило пробивной силы. А медали получили другие, те, кто когда-то шалил на переменках, дергал соседок за косы и бил стекла. И в дневной институт Шишов не пробился: на экзаменах робел, краснел и мямлил. Пришлось идти работать в архив, а высшее образование получать вечером. Уже на этом этапе любой психолог мог бы предсказать всю его оставшуюся жизнь: в тридцать лет его насильно женят, в сорок он вымучает диссертацию, в пятьдесят — получит старшего научного сотрудника. И это будет пик карьеры. Получится ли из него директор? Да никогда! Оратор? Ни в коем случае! Депутат? Если только в психушке... Возможно, психологи и были бы правы, не случись та трагедия в архивном хранилище. Он впервые рядом увидел настоящую кровь и настоящую смерть. Несколько дней Шишов находился в полном трансе. Но вдруг оказалось, что родители его новых друзей и сообщников разрулили ситуацию в нужном направлении. Шишов понял, что в этом мире возможно все. Можно обвинить невиновного. Можно женить убийцу на невесте убитого... Все можно, если ты сильный, смелый, нахрапистый... С него, как белый пух с одуванчика, стали слетать простодушие, скромность, наивность, доброта. За несколько месяцев появился совсем новый Андрей Шишов — ехидный, злой, напористый. Он бравировал своей смелостью, особенно в политических вопросах. В любой компаний он мог о престарелых советских руководителях сказать, что они престарелые. В какой-то момент Шишов заигрался, и его посадили. Но и сел он очень удачно. Через год клеймо антисоветчика сменилось на ореол правозащитника. Дальше начались скачки без препятствий. Все выше, и выше, и выше. Ничто, казалось, не могло поколебать самоуверенность Шишова. Даже вчерашнее предательство Игоря Лабоды... Небольшая неприятность — и только! Было пятеро друзей, осталось четверо. Но вот визит мелкого милицейского клерка из местного УВД серьезно озадачил будущего губернатора. |