Онлайн книга «Искатель, 2012 № 10»
|
Домик Савенкова был не так далеко от Москвы. Двадцать минут до автобуса, еще двадцать до метро «Теплый Стан». Через час после отъезда с дачи Савенков уже сидел в пустом офисе «Совы» перед бирюзовой папкой, на которой красовалось одно-единственное слово «Дело №...». У Савенкова была примета: успешно завершаются лишь те дела, которые начинаются по всем бюрократическим правилам. Первым делом в правом верхнем углу папки появились два грозных слова: «Совершенно секретно». Непонятно, для кого они предназначались, но без грифа секретности обложка смотрелась бы куцей и незавершенной, как инспектор ГИБДД без фуражки и полосатого жезла. С названием пришлось повозиться. «Дело об угрозах депутату Шишову» звучало скучно и, главное, не соответствовало в полной мере его существу. Угрожали не только уважаемому народному избраннику от города Уварова. Не только его пытались взорвать. Его друг Юрий Воловик пострадал еще больше — три дня назад взорвали машину, в которой находилась его любовница. А Самсонов, за освобождение которого «Макойл» предлагает уже два миллиона баксов? Он тоже один из друзей Шишова. А убийство в архиве? А сокровища графа Барковского?.. Все крутится вокруг пятерки, которую двадцать лет назад повязала кровь в архивном хранилище. Все они находятся довольно высоко на социальной лестнице, и все — личности мрачные и темные. Савенков вывел на обложке: «Дело черных ферзей». Поставив дату в строке «Дело начато...», Игорь Михайлович оглядел готовую обложку. Все нравилось! Особенно название. Такое дело нельзя не раскрыть. Савенков потер руки и, улыбаясь, помассировал переносицу — это означало для него высшую степень азарта и предвкушения удачной охоты. Первые документы, которые легли в папку, были малоинформативны. Ребята, получившие запросы Олега, поработали в полную силу, но нужных сведений не было, потому что их не было вообще. Справка по давнему уголовному делу сообщала, что Любовь Саблина подверглась насилию и убила человека, так как боролась за свою жизнь. Это подтверждали и справки медиков, и ее заявление, и порванная одежда, и синяки. Стало быть, она не виновата, а с убитого, Сергея Ляхова, уже ничего не спросишь. Дело можно закрыть — и с плеч долой... Были ли другие заявления Саблиной, теперь не установить. Или она говорила не под протокол, или смышленый следователь вычислил все, что не укладывалось в его версии. И правильно! Зачем ему лишние заморочки? Установки по домашним адресам всех пятерых были идеальны. И участковые, и соседи характеризовали их положительно: это добропорядочные граждане, не матерятся, не дебоширят, жен своих не бьют, а, наоборот, живут тихо и благопристойно. К дому подъезжают на богатых машинах, привозят богатую еду, ходят в богатых одеждах... Ничего другого от установок Савенков и не ожидал. Справки по местам работы «черных ферзей» были тоже пусты. О Самсонове и его концерне «Макойл» сейчас больше можно было узнать из газет. Игорь Лабода — полковник ФСБ, и этим все сказано. Об издательстве «Альмо» сообщалось много, но это нормальные дрязги внутри фирмы: у кого какая ориентация, кто кого подсиживает, кто под кого ложится. Интереснее всего была биография депутата Шишова. Это он сейчас — депутат, а десять лет назад — партийный функционер правого толка. Пятнадцать лет назад — заключенный мордовских лагерей, а до этого — скромный учитель истории. |