Книга За солнцем, страница 37 – А. Кластер

Но Анкарат не хотел забывать. Эту судьбу выбрал не он, не к этому он стремился.

Улицы тонули в предвечернем свете, как в янтаре, запах моря стал горячей и гуще.

Анкарат развернул линзу к прежнему дому – и не нашёл его.

Караул закончился с наступлением ночи. Весь мир примяла пыльная тьма, лишь редкие окна брезжили вдалеке да Вершина сияла – как и прежде, недостижимая, ослепительная. Анкарат отступил от линзы, зажёг на башне огонь. Запах и шум далёкого моря стали вдруг отчётливы и близки. На миг представилось: башня – вовсе не башня, а лодка, дрейфует над тёмной водой, вокруг дремлет неведомая глубина. Захотелось остаться, продлить этот миг, угадать, куда тянет течение, – но старший караульный вернулся на свой пост, напомнил про ужин, и башня снова сделалась просто каморкой из глины. Под рёбрами заскрёбся голод.

В общем зале чадило, гремело, над длинными столами вился запах жжёной травы, масла, мяса и пива. Анкарату нравился этот шум, нравились ребята, среди которых он оказался. Пусть все они были старше, учились дольше, понять их оказалось проще, чем Кшетани, Ариша или даже друзей из квартала, и уж точно проще, чем Килча. Как и Анкарат, они любили подраться, мечтали о битвах, но дело было даже не в этом.

Они ничего не пытались и не умели скрыть.

— Эй, бандит, иди-ка сюда! – крикнул Шейза, высокий парень с щербинкой между передними зубами, плечистый и шумный. Отец его работал в порту, и сам Шейза жутко гордился, что сменил рыбацкий гарпун на боевое копьё, попал в гарнизон, пусть тот и был у самых окраин.

Анкарат постучал пальцами по рукояти меча, решая, послушаться ли. Анкарату не очень-то нравилось, что Шейза называет его бандитом, но, по правде сказать, эта кличка была справедливой.

— Чего надо?

— Да вот, смотри, к тебе приятель явился. – Шейза придвинул ближе масляную лампу.

Рядом с ним сидел Гриз. Взъерошенный, бледный, как когда-то в пещерах каньонов. Здесь, в этом чаду и шуме, особенно неприметный. Заострённое его лицо, пронзительный птичий взгляд в рыжем весёлом свете казались почти незнакомыми.

Анкарат сгрёб с общего стола какую-то снедь, пару кружек с пивом и подошёл, упал на свободное место напротив.

— Случилось чего? – спросил он Гриза, подтолкнул кружку к нему. Со дня суда они виделись впервые: Анкарат не мог покинуть гарнизон, пока не заслужил медальон Стражи, а чужие люди не могли приходить сюда. Должно быть, Гриз сумел пробраться в общий зал во время смены караула.

— Я… – Гриз потянулся к кружке, но Шейза выбросил перед ним широкую ладонь:

— Э, погоди-ка. Мы позволили твоему другу остаться, теперь ответь-ка на наши вопросы, бандит. – Обвёл жестом своих приятелей, те закивали. – Правда ли, что весь обломок земли за окраиной выгорел? И как так случилось?

Гриз вскинулся – и сразу спрятал глаза, ссутулился, весь провалился в тень.

Здесь не знают, что Гриз из каньонов! И хорошо, пусть и дальше не знают, пусть про него забудут.

Пиво вдруг загорчило, как шельф, в висках застучало. Анкарат огрызнулся:

— Сам как думаешь?

— Думаю, жила вышла из-под земли. – Шейза оскалился. – Думаю, да, всё сгорело – иначе чего тебя не вернули обратно? С той земли никто не возвращается и не приходит, это закон.

— Чушь, – выплюнул Анкарат. – Ничего там не сгорело. А я… захотел уйти и ушёл, и кто угодно может, если правда захочет.