Книга На порубежье, страница 62 – Андрей Булычев

— Истома, Петро, Седьмак — прикрывай щитами! — гаркнул Митяй. — Вага, Путша, Чурило, ко мне! Рычаги взяли, разворачивай его к той башне! — показал рукой пластун. — Двинься!

И, оттолкнув Вагу, он начал крутить ворот в задней части станка. Храповик оттянул ползун с тетивой назад до сухого щелчка.

— А теперь прицел вверх, — пробормотал Митяй. — Ещё немного. Та-ак. Стрелу мне!.. Вон же она! — показал он на сложенные неподалёку снаряды. — Так, так, ещё чуть-чуть, — он подвернул немного станину. — Выстрел! — И дёрнул спусковой рычаг.

Скрученные жгуты с огромной силой выбросили здоровенную стрелу, и она влетела в проём угловой башни, пробивая и разрывая по пути тела.

— Хорошо, Митяй! Хорошо! — ощерился сотник. — Не зря тебя Варун взял! Бей ещё по ним, бей, родной!

— Стрелу! — рявкнул, накручивая ворот, Митяй.

— Дай-ка я, Андреич, — подвинул его Путша. — Ты лучше командуй и прицел бери!

— Чуток вправо! — кивнув, крикнул тот. — Вот так, ещё, ещё. Выстрел! — Новый снаряд понёсся к цели.

Подоспевшие первыми пластуны из подмоги в это время уже ворвались в воротный проём, половина их встала за наскоро сооружённой баррикадой — завалом из двух повозок, бочек, корзин и разного хлама. Большая часть била из луков и самострелов по скапливающимся на внутреннем дворе немцам. Три десятка, укрывшись в линии за щитами, готовились копьями встретить конницу врага. Около полусотни, пробежав в воротную башню, усилили гарнизон тех, кто её захватил. Всё прибывающие ратники тоже начали укреплять линию копейщиков у баррикады. Один за другим её начали заполнять те, у кого были длинные, трёхсаженные пики.

— Nach vorne!^[19] — крикнул комендант Динабурга. — Vertreibt sie aus der Festung Dietrich!^[20]

Ворота внутренних крепостных укреплений распахнулись, и две конные сотни начали выходить, строясь в плотную колонну.

— Конница с цитадели! — крикнул подбежавший к баррикаде Андрей. — Копейщики, плотней строй! Становись по три в ряд! Стрелки, бей без команды! Из лука стреляй! — Он выхватил у подбежавшего сзади пешца пику и сам встал в строй.

— Митяй, конница вышла! — крикнул, накручивая ролик натяжителя реечника, Мартын. — Оставь башню, работай по ним!

— Вага, Чурила, разворачивай скорпион! — рявкнул командир расчёта. — Путша, ворот! Истома, щитами прикройте! — Схватив стрелу, он вложил её в жёлоб направляющих и поправил прицел. — Быстрее крути!

— Чуток ещё, Андреич! — отозвался Путша, что есть сил работая воротом. — Готово!

— Выстрел!

Щелчок. Станина вздрогнула, тугие мощные плечи скорпиона, расправляясь, выбросили снаряд к цели. Огромная стрела пробила насквозь переднего всадника, следом за ним второго, оторвала руку третьему и застряла в едущем за ним.

Колонна немецкой конницы, скатываясь вниз к внешней воротной башне, с грохотом набирала ход. Теряя людей от стрел и болтов русских, она рвалась к их ощетинившемуся пиками строю.

— Стенка! — рявкнул Андрей.

Передний ряд опустился на одно колено, упирая тупой конец пик в камни мостовой и прижимая их ногой. Гранёные острия направлены вверх под углом, чтобы встретить грудь коня. Второй ряд выставил копья горизонтально над правым плечом сидящего перед ним. Наконечники их пик смотрят прямо. Пики третьего вытянуты вверх под углом. Щиты упёрты в спины впереди стоящих. Ощетинившаяся стальными жалами стенка, монолитная, плотная, приняла на себя удар конницы.