Книга На Запад!, страница 38 – Андрей Булычев

— Ну да, они же не воевать едут, а договариваться о союзе, – пробормотал Назар. – Чего им тут опасаться? Им сейчас главное – свою статусность и важность показать. Ладно, выводите коней южнее и стреножьте, пусть отдыхают возле всех остальных, а сами с самострелами занимайте места на косогоре. Будем ждать подхода меченосцев.

Опять потянулось время ожидания.

— И чего орал-то? – обиженно прошептал Тешень. – Прикрывали ведь эти рогатины, кто же знал, что их с высоты всадника видно? Мы-то на своих ножках все оглядывали с дороги.

— Все правильно сказал старшой, – ответил ему глухим голосом Чеслав. – Это я, дурень старый, не подумал. Вишь как, сноровка-то уходит с годами. Раньше бы, в дружинных, чай, уж не допустил такой оплошности. Обидно! – и он еще раз оглядел все свое место цепким взглядом. Две метательные сулицы и боевой тугой лук стояли прислоненными к дереву. Тут же, рядом с топором сидел за кустом и обозный мужик. Рядом с ним стоял еще один лук и копье.

С южной стороны послышался дальний стрекот сороки.

— Так, Тешень, наготове будь! Птица кого-то услыхала, слышишь, как волнуется? Она вот так только лишь на хищного зверя может ругаться или на человека. Вот сейчас мы и поглядим, кто же это.

Наконец вдали послышался глухой перестук копыт.

— Все-таки на человека, – пробормотал Чеслав и вынул из ножен меч.

Мимо и чуть ниже их места засады один за другим проезжали на лошадях воины в длинных кольчугах. У многих из них головы были открытые, а округлые шлемы висели притороченными сбоку к широким поясам. А вот и середина отряда. Вокруг трех рыцарей, одетых в белые накидки с вышитым на них красным мечом и ехавших на дорогих лошадях, расположилось около пары десятков воинов победнее. Показался и замыкающий десяток. С вершины косогора послышался громкий свист, и Чеслав, поднявшись с земли, с резким хэком ударил мечом по туго натянутой веревке. Раздался глухой стук, это выбивал своим топором опорные рогатины Тешень.

— Навались! – рявкнул ветеран, и они вдвоем, упершись в длинную ручку рогатины, стронули огромную сосну. Она накренилась и с громким треском и грохотом рухнула вниз на дорогу, подмяв под себя там пару человек. С таким же шумом сейчас падало огромное дерево и с южной стороны.

Лагута прицелился и выжал спусковой крючок своего реечника. Яким «вел» рыцаря на самом породистом жеребце, одетого в богатые одежды, еще с того самого момента, как отряд выехал на прямую.

— Точно он, – выдохнул он, уверившись, что это нужная ему цель. Слева щелкнул самострел друга Лагуты, а мгновением позже послал свой болт и Яким. С косогора били речники и луки, а внизу раздавались крики и метались люди. Посланник магистра Ордена меченосцев Готфрид пал, пробитый двумя арбалетными болтами, самым первым. Вслед за ним были убиты и два других рыцаря. Старший стражи громко прокричал команду, и пара десятков воинов устремилась к косогору. С десяток оруженосцев прикрывали своими щитами упавших на землю господ.

— Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, – считал щелчки заводки натяжителя речника Лагута. – Хва-атит! А ну, кто тут раскричался? – и он совместил целик с мушкой на старшем стражнике. Болт ударил ему в грудь и, пробив кольчугу, застрял в ее звеньях уже на спине. Стрелок нагнулся, чтобы взять из сумки новый заряд, и стрела свистнула возле уха. – Лучник справа! – громко крикнул он, падая на колени.