Книга На задворках империи, страница 97 – Андрей Булычев

— Не каркай, дурак! — рявкнул Кошелев. — Перед молодыми не срамись! Скулишь, как баба!

— И слово даже не скажи, сразу бранятся, — проворчал приглушённо Блохин. Однако окрик унтер-офицера подействовал, и дальше он спускался уже молча. Прошло с десяток минут, и Тимофей наконец спрыгнул на дорогу. Один за другим на неё выбегали спустившиеся драгуны. У людей были ссадины, дыры на мундирах, но обошлось без трагедий.

— Принимайте коней! — Подскакали, ведя драгунских за поводья, казаки. Прошло три минуты, и все опять были в сёдлах.

— А хорошо у нас получилось! — выкрикнул радостный Глазин. — С полусотню мы точно тут угомонили, а главное, что время у персов забрали. Теперь ходу, ребятки, нам, похоже, всю ночь скакать придётся!

— Если у них передовой отряд около пяти сотен человек, то сколько же тогда в основном идёт? — проговорил задумчиво Кравцов.

— Тысяч пять, наверное, будет, — предположил Глазин. — А вы взятых нами языков поспроша́йте получше, может, они верное число знают?

— Да поспрашивали уже. Говорят: много, много, а сколько это «много», Бог его знает. Откуда же им точное число знать, простым всадникам? Были бы командиры не ниже сотника. Пока, с их слов, здесь только лишь конница Мехмед-Али-хана, но уже на подходе основные силы Аббас-Мирзы из-под Тебриза, а ещё неизвестно, куда ударит хан эриванский. Численность войск того и другого опять же ваши пленные не знают, твердят лишь, что много. А вот сколько это «много» и куда они пойдут? Одни лишь только вопросы без ответов.

— Ладно-ладно, молодцы, к вам тут вопросов никаких нет, — заметив огорчение на лицах Глазина и Гончарова, попробовал было успокоить их капитан. — Вы своё дело в дозоре хорошо выполнили, не зря сходили. Игорь Алексеевич, а может, и правда двинуть половину наших сил к Алагязу да укрепиться там? Тем самым мы дорогу на Артик и на Гюмри с юга и востока прикроем?

— Нет, не согласен, Павел Семёнович, — возразил пехотный майор. — Сил в нашем гарнизоне недостаточно для выставления второго поста, позиции там, на Алагязе, будут не оборудованы. Если бы месяцем раньше такому приказу быть, то можно было бы выставить ещё один форт, но уж никак не сейчас. Не переживайте, в Артике тоже наши хорошо укрепились, небось, уж сумеют встретить как подобает неприятеля. Павел Дмитриевич, а ты посылай северной дорогой в Гюмри десяток своих. — Он кивнул старшему над казаками. — Пусть начальству свезут обоих пленных и мой рапорт. А нам, господа, надлежит готовиться к бою. — Майор обвёл взглядом присутствовавших на совете офицеров. — По всему выходит, что персы с ханцами, собравшись большими силами, решили выбить нас с этих позиций. Будем стоять на них и держаться твёрдо. Если они нас из этого форта вдруг выбьют, то зайдут в тыл Каракилисскому гарнизону, и им откроется прямая дорога на Тифлис. Диспозиция боя всё та же. Сковываем натиск неприятеля на укрепления форта моими пятью ротами, а драгунская и казачья конница действует как главный резерв и как ударная сила.

— Будь здоров, Тимофей! — крикнул, заскакивая на коня, Глазин. — Ночка у нас есть для отдыха, а уж завтра, небось, шибко горячий денёк предстоит. По трофеям сочтём всё, и вашу долю завезём, не переживай, я лично пригляжу за этим.