Книга 1812, страница 32 – Андрей Булычев

Через несколько часов, похоронив павших в бою, эскадрон разделился. Два десятка драгунов под командованием штабс-капитана Назимова возвращались с ранеными и пленными к лагерю. Остальные под командованием Копорского продолжили объезд берега.

— Турки, господа, судя по всему, собираются переправляться на нашу сторону, — промолвил ехавший в голове колонны Копорский. — Отсюда и их заскоки к нам малыми партиями. Я уже со счёта сбился, какая это. Босняк говорит, что у визиря тьма войск и новые всё подходят и подходят. Велено собрать у Свиштова и острова Голь все речные суда. Говорит, что там сколачивают части моста, с тем чтобы его быстро перекинуть на наш берег. А ещё, что с Рущука сняли пушки и куда-то покатили. А вот это уже серьёзно. Просто так обнажать крепостные валы ведь турки не станут. Значит, не предполагают они сидеть в обороне, а будут атаковать. Ладно, Александр Маратович доложит начальству, что мы узнали, и передаст ему наших пленных, пусть оно дальше само их допрашивает. Мы своё дело выполнили, добыли важные сведения. Ну что, Тимофей, выводи своих снова вперёд головным дозором. До Зимничий мы уже посветлу не поспеем добраться, высматривайте часа через три хода хорошее место для ночёвки.

Великий визирь Ахмет-паша, уверившись в слабости русских и их боязни новых сражений, повелел своим войскам начать переправу на левый берег Дуная. На острове Голь был размещён авангард и выставлено несколько батарей из дальнобойных орудий. Двадцать восьмого августа отвлекающий от главного места высадки десант из нескольких сотен османских воинов начал переправу ниже Журжи. Направленные к нему русские войска сбили неприятеля, и в это самое время на многочисленных судах с острова Голь под Слободзею переправилось шесть тысяч янычаров. К ним тут же перебросили несколько десятков орудий, и авангард турок начал окапываться.

Пять русских батальонов под командованием генерала Булатова повели атаку на янычар, обратив их в бегство. Визирь приказал вести огонь из орудий по своим отступавшим, дабы их остановить, и повелел начать высадку второй волны своих войск. Кутузов, убедившись в серьёзности намерений неприятеля, приказал Булатову отступить и далее переправе не препятствовать. Напротив захваченного турками плацдарма по его приказу начали возводить полевые укрепления и выставлять орудия.

К первому сентября на левый берег Дуная переправилось уже тридцать шесть тысяч турецких солдат, а второго к ним присоединился со свитой и сам Ахмет-паша. Только после этого русская Дунайская флотилия получила приказ перейти к активным боевым действиям. «…Топить любое судно неприятеля, препятствуя подвозу припасов…» — гласил один из его пунктов. На реке загрохотали орудийные выстрелы. Повели огонь по неприятельским окопам и из русских полевых укреплений. Пятнадцать тысяч русских солдат окружали тридцать шесть тысяч турок. Это при том, что на правом берегу в Рущуке и на острове Голь стояло ещё более тридцати тысяч турок, готовых прийти на помощь основной группировке. Кутузову для реализации того плана, о котором знало только лишь несколько штабных офицеров, позарез были нужны подкрепления, и, не желая терять время в спорах с верховным командованием, он своей властью приказал идти к Дунаю стоявшим у Прута войскам. Девятая дивизия выступила на марш.