Книга Глазомер! Быстрота! Натиск!, страница 84 – Андрей Булычев

— Нравится? – спросил Алексея Курт. – Помните, господин подполковник, когда вы уезжать из поместий, я вам дать два удлиненный штуцер? Вот это есть их дети, они пережить недостатки родителей и стать гораздо лучше, удачнее и точнее их. Это есть моя главная гордость. Я полтора года их делать, очень не спеша и вдумчиво, все эти пять удлиненный винтовальный штуцер. И вот теперь привезти их сюда с собой. Это мой подарок для родной подразделений. Там еще лежать десять пистолей, переделанных из обычный драгунский, но с улучшенный ударный замок и ствол.

— Какое чудесное оружие! – Лешка, не обращая внимания на жирную смазку, прижал приклад к плечу. Ружье плотно сидело в его захвате. Раз, два, три… целых пять откидных целиков! И заключенная в кольцо мушка на самом конце ствола прекрасно входила в прорезь каждого.

— Это все для большой точность на далекий расстояний, – увидев интерес Егорова к прицельным приспособлениям, пояснил Курт. – А мушка в кольце, чтобы не сбивать ее при ударе. Я поднять весь наш старый чертеж, когда мы в Валахии немного изобретать все вместе в дедовской мастерской. Помните, Алексей Петрович, как мы долго там с вами сидеть? Вот именно в этот самый изделий многий наш давний задумка и воплотиться. А вот в этот ящик я положить готовый терочный трубка для фугас. Вы писать в письме, что их у вас совсем мало? Я найти нужных людей через зодчий Долгов в Москве, и они продать мне весь необходимый ингредиент для пиротехнический дело. Вот в тот и в этот ящик, – кивнул он, – как раз и лежать в отдельный мешочек всякая смесь. Теперь мы с Афанасьевым Василием сможем без всякий трудность восполнять убыль фитилей и терочных трубок. А в этот сундук лежать такие инструменты, которые нигде просто так не найти. Можно сказать, что это есть дорожная мастерская для умельца по оружейному или по минному делу.

— Ну что сказать, просто превосходные подарки! – улыбнулся Егоров. – Степан Матвеевич, старший оружейник полка забирает себе все нужное ему по своей части. Мазурину ты передай спиртус и крахмал, а вот съестное вы забирайте себе и потом делите его по порционам и по артелям. Пусть в каждую мед попадет и выпечка из той муки, что нам сюда в виде гостинцев привезли.

Через три недели после семейного ужина в доме у Милорадовичей, уже в самом начале апреля в Николаевскую по раскисшей дороге прикатила заляпанная грязью бричка. Из нее вышел долговязый молодой человек и на вопрос караула, к кому он пожаловал, приехавший, растерянно улыбаясь, пояснил, что он, собственно, похоже, приехал именно к ним, то есть к егерям подполковника Егорова. Сопровожденный под конвоем к дежурному офицеру в форт молодой человек пояснил, что был послан сюда Михаилом Войновичем, главным врачом Херсонского гарнизонного госпиталя, и ему нужен подполковник Егоров.

— Дьяков Илья Павлович, – представился он подошедшему командиру полка. – Меня к вам по рекомендации господина Войновича направили, а вот мои сопроводительные бумаги, – и он протянул несколько гербовых листков с печатями армейской канцелярии.

— Так… направляется в отдельный егерский полк при главном квартирмейстерстве Днепровской армии на должность врача, – зачитал казенный формуляр Егоров. – А здесь на отдельном формуляре подтверждение квалификационного звания «врач». Так, указан медицинский факультет Московского императорского университета, кафедра анатомии с практической медициной. Солидно, – покачал головой подполковник. – Илья Павлович, я очень рад вашему приезду! Мы чрезвычайно нуждаемся в хорошо развитой и отлаженной медицинской службе в нашем полку. Все, что у нас сейчас есть, это, скорее, уровень средней уездной богадельни. Я очень на вас надеюсь, приведите ее в порядок. И скажите мне на милость, как же вы все-таки сумели решиться на такой шаг, чтобы оставить свой госпиталь, где все уже давно определено и вполне себе устойчиво, и променять его на армейскую неустроенность?