Книга Война на Дунае, страница 50 – Андрей Булычев

— Тихо, тихо вы, злыдни! – приглушённо покрикивали офицеры и унтера десанта. – Далеко никому не отходить, присели прямо здесь у воды и ждём команду!

— Вашвысокоблагородие, в окрестностях всё тихо, – доложился подбежавший Смаков. – Фёдор Евграфович вот вам бумагу передал. Здесь, как он говорит, в ней подробно расписано, как и где у беслы посты стоят. И по всему пути мы ещё и вехи расставили, а в самых гиблых местах ребятки встали, чтобы никто не провалился.

— Так, Никита, Федот, полог на меня накиньте и трута ещё побольше дайте, – приказал вестовым полковник. – Леонтий, ты тоже сюда ныряй, – позвал он Смакова, – будешь на бумаге показывать, что там в этом селе вы интересного увидали.

— Так-то уже время им подойти, – прошептал Лужин, оглядывая тёмный небосвод. – Ещё немного, и звёзды начнут тускнеть, а там и светать начнёт. Должны, должны они успеть.

— А если всё же запоздают, Евграфович? – еле слышно спросил лежащий под сеткой Леонтьев. – У нас тут едва ли полтора десятка людей, не совладаем ведь мы с беслы. Даже если караулы тихо снимем, и то не справимся.

— Ладно, ещё час точно есть, – проговорил еле слышно Цыган. – Лежи и оглядывай, Мишань, я пойду к реке проползу, оттуда наши должны показаться, там и первый секрет беслы затаился.

Спустившись с холмика и пройдя через ручей, Лужин снова лёг и по-пластунски пополз в сторону реки. Вот и её заросли с приметным большим кустом. Именно там и затаился первый скрытный пост «волков», ещё один залёг с другой стороны села и был сейчас не так опасен.

Цыган обогнул большой дугой куст, и на него навалились двое.

— Свои-и, – только и смог он пискнуть. – Задушите ведь, злыдни!

— Прости, Фёдор Евграфович, чего же ты знак не подал, словно тать крался? – выдохнул в ухо Дроздов, отпуская захват. – Мы уж подумали – вдруг эти, с секрета, чего заподозрили и проверить окрестности задумали. Дышать-то хоть можешь?

— Могу, – сдавленно просипел Лужин, – через раз. А сигнал не стал подавать, потому как эти рядом. Душа не схотела, маетно ей что-то. Словно злой глаз чует.

— Так и верно, волки же совсем рядом, вот и трепещет, – предположил лежащий рядом Тришин Иван.

Позади раздалось шуршание, и к троице выполз Игнат.

— Командиры, там наши на подходе, возле промоины у дорожного поворота залегли. Чего делать-то дальше?

— Лежите, слушайте пока, – распорядился сержант. – Я сам доложусь. Так-то вроде успеваем до рассвета?

— Вашвысокоблагородие, к вам Лужин, – доложился Никита.

Алексей скинул с себя полог и поманил Цыгана:

— Ну-ка теперь ты давай свои писульки лично мне объясни. Не всё я из твоих каракулей понял.

Цыган нырнул под полог, и там раздались глухие щелчки ударов кремня. Внизу блеснул лучик света, вестовой поправил край парусиновой накидки, и он пропал.

— Вот теперь всё более-менее понятно, – проговорил Алексей, затушив промасленный клочок трута. – Всех офицеров и старших групп ко мне, – приказал он Никите. – А ты, Евграфович, нас не дожидайся, бери своих и начинай срезать секреты. Через двадцать минут дозорная рота и рота из первого батальона начинают окружать село, а рота из второго ложится в засаду на дороге к Исакче у моста. Делайте всё предельно тихо, и без команды в село ни в коем случае никому не заходить!

— Слушаюсь, Алексей Петрович, всё понятно, – кивнул Лужин. – Пошёл я, – и непроизвольно проверил, легко ли выходит кинжал из ножен.