Книга Война на Дунае, страница 124 – Андрей Булычев

— Осторожнее, братцы, осторожнее, не растрясите! – покрикивал Акакий Спиридонович. – Куды ты лезешь, дурень! – рявкнул он на выскочившего откуда-то сбоку понтонёра. – С дороги! Не видишь, что ли, их высокоблагородие несут! А вы под ноги смотрите, чтоб не запнуться!

— Обождите, ребятки! – Алексей подошёл к носилкам и поправил край грубого шерстяного одеяла.

— Алексей Петрович, у Кокина Матвея, у старшего полкового барабанщика все бумаги. Не успел я их Гусеву Сергею передать. Там и формулярные списки на всех, и по учебной роте подбивка. Прошли ребятки войной испытания, можно и в стрелковые роты переводить, а многим так и хвосты на каски вешать. Эх, как же это не вовремя-то! – поморщился он, дёрнув обрубком руки. – Турок разбили, война к концу подошла, а я вот в калечные угодил. Куда же мне теперь, в инвалидный дом – такими же, как я и сам, командовать?

— Не волнуйся ни за что, Олег Николаевич, – всматриваясь в серое, осунувшееся лицо Кулгунина, негромко проговорил Алексей. – Всё поправим, всё разберём. Ты, главное, лежи пока, отдыхай. Жизнь-то на этом не кончается. Левая рука – не правая, писать, саблю держать можешь. На груди два золотых креста, Георгиевский кавалер всё-таки, не шутки! А скоро и третий крест за Измаильский штурм получишь! С таким-то иконостасом не грех и городничим или тем же предводителем дворянства в каком-нибудь уезде осесть.

— Да я гол как сокол, какие уж там предводители, – улыбнулся Кулгунин. – Из безземельных мы, Алексей Петрович, служивые… Из полка родного, из армии жаль уходить, прикипел я тут. Ладно, ничего, как-нибудь. Спасибо вам за всё, за участие.

— Да мне-то за что?! – воскликнул Егоров. – Ты главное не раскисай, Олег! Ничего ещё не закончено! Полежишь в госпитале немного, отдохнёшь, потом и поговорим с тобой основательно. Может, чего интересное вместе измыслим.

— Ваше высокоблагородие, гренадёры топают, – пробубнил стоящий рядом Мазурин. – Может, пойдём мы, а то ведь они понтоны раскачают. И так вона мостик колышется.

— Ступайте, братцы, – кивнул Егоров. – Осторожно только. Спиридонович, ты господина премьер-майора сразу к главному госпитальному врачу снеси. Скажи – позавчера при штурме всё случилось, наш Дьяков Илья Павлович уже вечером руку резал. Пусть Дементий Фомич сам всё осмотрит. Я, как только на том берегу буду, сразу к нему забегу.

— Понял, вашвысокоблагородие, всё как вы сказали передам! – кивнул лекарь. – Пошли, ребята! Вон уже батальонная колонна к берегу подходит.

Дюжие полковые санитары перехватили поудобнее парусиновые носилки и ступили на сходни понтонного моста. А к переправе в это время спускалась с косогора очередная колонна пехоты. Русская армия по наведённому через протоки и остров мосту уходила на свой левый берег.

— Ваше превосходительство, разрешите?! – Алексей, откинув входной полог, заскочил в штабной шатёр.

— Зашёл уже, – проворчал сидящий за походным столиком барон, – адъютанта даже опередил. Ступай, – махнул он рукой видневшемуся за спиной полковника молоденькому офицеру. – Небось, хочешь узнать, когда свой полк обратно переправлять? – окинул насмешливым взглядом Алексея фон Оффенберг. – Поздно, все лучшие места у Галаца другие уже расхватали. Одни только выселки у вонючего оврага вам остались, это хотел сказать?