Книга Наследница Драконьего перевала, страница 79 – Инна Дворцова

То, что планы амбициозны, я не сомневаюсь. У Мэтью не бывает мелких желаний.

— Леди Макхью, сани готовы, можно ехать, – кричит мне от дверей конюшни Агнес.

Сани, какая прелесть, не на телеге же в самом деле ехать по снегу. Красивее было бы ехать верхом, как и пристало хозяйке усадьбы. Сама виновата, надо было учиться ездить на лошади. Что я сама не умела никогда, что Катриона Макхью не озаботилась облегчить попаданке жизнь.

Ставлю отметку в памяти, что нужно обязательно научиться ездить верхом, как только разгадаю загадку моего появления в Корнуоле.

Усаживаюсь на свежее сено, укутывая ноги потеплее. Агнес сидит рядом, а на облучке саней устроились два воина из охраны замка.

На дворе седлают лошадей ещё человек пять, а то и семь.

— Я не позволю оставить замок без охраны, – громко говорю я. – Кто старший?

К своему стыду, совершенно не знаю этих солдат. Мой немногочисленный отряд вроде уже примелькалься, и если я не знаю их всех по именам, то лица узнаю. Это новые люди, или я не всех своих знаю?

— Это личная гвардия лорда Макинтайра, – тихо шепчет мне Агнес. – Он оставил её для вашей охраны.

— Замок под надёжной защитой ваших людей, леди Макхью, – отзывается воин на вороном коне. – Мы люди лорда Макинтайра.

Мэтью всё предусмотрел. Его забота разливается приятным теплом по телу и румянцем на лице. Пусть его нет рядом, но его мысли всегда обо мне. Настроение повышается, а дурацкая улыбка не сходит с лица.

— Начнём, пожалуй, с дальних пастбищ, – говорю я, конкретно ни к кому не обращаясь.

Сани, легко скользя, выпархивают из тёплых объятий замка на продуваемую всеми ветрами дорогу.

— Едем на север, – кричу я вознице, а ветер уносит мои слова.

Склоняя голову к уху Агнес, я спрашиваю:

— Так какой породы у нас овцы?

— Довольно примитивные: прибрежный манкс, вересковая овца, – отвечает она мне.

— А почему именно они? В чём их преимущество?

— Я точно не знаю, но отец говорил, что разводятся они в условиях бедной кормовой базы на естественных выпасах, – рассказывает Агнес.

— И всё? Их разводят только потому, что заботиться не надо?

— Скорее всего, да, – разводит она руками. – Особенно если учесть, что отличаются они мелкими размерами. Бараны весят где-то от тридцати пяти до пятидесяти пяти килограмм, а овцы от двадцати пяти до сорока.

— Да, негусто, прямо скажем. Подозреваю, что и шерсть не особенно дорогая.

— Так и есть, леди, – отвечает Агнес. – Папа рассказывал, что любимой присказкой лорда Макхью было «Одна птица в руке стоит двух в кустах».

Ещё бы, мужу Катрионы совсем не хотелось заниматься хозяйством. А тут овцы более выносливые по сравнению с теми, у которых шерсть стоит дороже. Да и на мясе особенно не разживёшься.

Жаль, что рядом нет Мэтью, уж он бы подсказал, какие породы лучше выращивать.

— Агнес, скоро же овцы должны окотиться, – рассуждаю я, вспомнив, как говорят, что овцы глупые, потому что рожают зимой. – Нужно спросить, всё ли готово к этому у пастухов.

Может, удастся сдать какое-то количество баранов на мясо и на эти деньги купить дорогих овец. Пусть немного, но и этого хватит, чтобы начать возрождение замка.

— Я читала, что можно потерять много новорождённых ягнят, если не позаботиться об окоте заранее, – говорю я.

Лошади так резко останавливаются, что от неожиданности я подаюсь вперёд.