Книга Наследница Драконьего перевала, страница 64 – Инна Дворцова

После появления дракона я уже ничему не удивляюсь. Оборотень так оборотень. В целом очень умно, что именно таких людей или нелюдей, не знаю, как правильно, Мэтью нанимает на службу.

— В этом государстве все не угодили, – грустно улыбается он. – Все, кто хоть чем-то выделяется – уничтожаются церковью. Красивые женщины объявляются ведьмами и сжигаются, магов сжигают тоже, как чёрных колдунов, с оборотней живьём сдирают кожу.

— Варварство какое-то, – вырывается у меня. – Как же ты заманил его служить у тебя при таких-то условиях?

— Он изгой, – рассказывает Мэтью, – его выгнали из стаи, и на землях Фаоланда ему не жить, вот я и предложил ему кров и жалование.

— Фаоланд, это что? – интересуюсь я.

Мэтью мне столько нового рассказывает о той стране, куда я попала, что я ловлю каждое его слово. Переспрашиваю, прошу разъяснений. Он просто кладезь информации.

— Фаоланд – это государство оборотней, на западе, – поясняет Мэтью. – Там не запрещено жить и людям тоже.

Только сейчас до меня доходит, что он не удивляется моему невежеству.

Я осторожно спрашиваю:

— Почему тебя не удивляет, что я не знаю ни о драконах, ни о государстве оборотней?

Мэтью улыбается, но не радостно, а с сожалением.

— В Корнуоле мало кто вообще знает, что творится за пределами страны, – объясняет он. – Церкви невыгодно просвещать население. Если сказать, что есть такие, с их точки зрения, ненормальные страны, то возникнет вопрос, а нормальны ли мы все. Ясное дело, что не сразу, но рано или поздно в политике церкви усомнятся.

— Послушай, зачем вообще нужна такая церковь? – я, как всегда, рублю с плеча.

Нет человека – нет проблем. Мешает церковь – разогнать к чертям собачьим. На перспективу я не думаю. У нас в мире каждый человек знает, как нужно управлять государством, и я в том числе.

— При чём тут церковь? – изумляется моей недальновидности Мэтью. – Церковь – это организация, которой управляют люди. Если кто-то и виноват в сложившейся ситуации, то уж никак не бог, а люди, которые управляют церковью. Ты, конечно же, не знаешь, что изначально первосвященник был самым сильным магом.

— Верится с трудом, – отзываюсь я.

— Да, так и было, ведь для проведения обрядов нужна магия. Это был расцвет нашего государства, – рассказывает Мэтью. – Так было довольно долго. Сама понимаешь, что тогда люди без дара чувствовали себя ущербно. Находились и такие, кто смог занять достойное место в обществе и без магии.

— И как же так получилось, что маги стали изгоями? – неподдельно удивляюсь я.

— Всё началось с малых уступок, – поясняет он, – сначала на должности священников разрешили принимать людей без магии, затем бездарных стало много, и они добрались и до верхушки власти. А там, как водится, престол первосвященника занял первый бездарный, и вот тогда начались гонения.

— Но как же маги допустили такое? – возмущаюсь я. – А король Корнуола почему молчал?

— Маги были слишком самонадеянны, за что и поплатились, – говорит Мэтью, – что же до короля…

Он замолкает, словно подбирая слова или решая стоит ли говорить об этом.

— Катриона, король – прямой потомок драконов, – всё же решается рассказать Мэтью, – более того, нынешние короли Корнуола приходятся прямыми родственниками императорам Лорингии, государства драконов. И наш наглый красавчик, милорд Райтор, как раз-таки и состоит в родстве с нашим королём.