Книга Сбежавшая невеста, страница 16 – Инна Дворцова

Я усмехаюсь про себя. Если бы не обстоятельства, то не стала бы хамить девушке. Она же из добрых побуждений.

Смотрю в окно. Так, бы и ехала. Люблю дороги. Они настраивают на философские размышления.

Кошусь на маму. Она с детским любопытством смотрит в окно. Мы договорились, что в пути мы незнакомы.

Я достала дневник моей предшественницы. Наивная! Нас трясёт так, что я бьюсь головой об стены дилижанса. На повороте падаю на колени почтенному отцу семейства, сопровождающему нас.

— Ого — ого, папаша! — усмехаюсь я.

Он густо краснеет и косится на жену.

— Вот зараза какая! Ни стыда, ни совести! А ещё из почтенного семейства. Не зря тебя папаша с рук сбывает, — не на шутку злится жена папаши.

Я преувеличенно внимательно её слушаю.

— Когда уже прекратится этот словесный понос, ты не знаешь? — преувеличенно громко я спрашиваю соседку.

Она пожимает плечами.

— Так ты вроде дочь, должна знать, насколько неуправляема твоя мамаша? Она нарывается на неприятности.

— Прекрати разговаривать обо мне? — кажется, она теряет голову. И из-за чего? Невинной шутки? Или у них проблемы по этой части?

— Мамаша, я что хочу, то и говорю! А ты сейчас доведёшь себя до острога за оскорбление знатной девушки.

Она открыла рот, чтобы продолжить, и захлопнула его.

— На первой же остановке пожалуюсь на тебя, понятно?

Моя угроза действует, и она замолкает наконец. Мама тихонько смеётся с меня.

От такой езды меня укачало. Остановки жду как манны небесной. Дилижанс остановился на постоялом дворе «В три дорога». Все вышли и направились снимать комнаты.

— Вы в какую комнату намерены снимать, вэйра? — дочь истеричной мамаши, дотрагивается до моей руки.

Я медленно поднимаю глаза от её соприкосновения рук и смотрю ей в глаза. Девушка смущается и убирает руку.

— Я должна отчитываться о своих перемещениях? — холодно спрашиваю я.

— Ну, что вы, вэйра, нет, конечно. Просто, может быть, мы поселимся вместе?

— И совсем непросто. Я не собираюсь ни с кем делить свою комнату. Не привыкла, знаете ли.

— Вэйра, умоляю вас, — она молитвенно сложила руки и смотрит на меня взглядом побитой собаки. — Мать сорвётся на мне за происшествие в дилижансе.

Я ей сочувствую, но помочь не могу. Либо я, либо она. Я выбираю себя.

Ищу глазами маму. Не вижу. Видимо, уже скрылась в гостинице. Ё-моё, хорошо, что не сболтнула. Забыла, как она называется здесь. Трактир или таверна? Хрен редьки не слаще.

— Милочка, я хочу в кое веки путешествовать с удобствами. Мне, в отличие от тебя повезло ехать без родителей. И я хочу насладиться каждой секундой одиночества. Если понимаешь о чём я. Без обид, подруга.

Скрываюсь в здании. Надо найти маму. Я не собираюсь тратить деньги на комнату, если можно сэкономить и снять одну на двоих.

Вижу её возле трактирщицы. Она показывает пять пальцев. Поднимаюсь в комнату пять на втором этаже.

Осматриваюсь, не видел ли кто, что я сюда захожу. Коридор пуст, как карманы моего папочки. Деньги за мою продажу не считаются.

Следом за мной заходит мама. Мы обнимаемся, как будто год не виделись. Она смеётся:

— Роза, ты меня повеселила. Чего ты пристала к этой семейке. Видно же, что жена — грымза.

— Я случайно упала и не удержалась, — давлюсь я смешком. — Зато как она потом присмирела. Давай мешок быстрее. Мне нужно переодеться.