Книга Избранница Белого Волка, страница 16 – Инна Дворцова

Ловлю ускользающий от меня виноватый взгляд отца. Мне не кажется? Действительно виноватый? Приглядываюсь. Нет, не кажется, так и есть. Смутно припоминаю, что мама в чём-то обвиняла отца.

Сама же она, наоборот, быстро справляется с растерянностью и взгляд Рагнара выдерживает открыто. Когда оборотень вновь поворачивается к отцу, она подмигивает мне. А Рагнар и отец вот-вот сцепятся. И дай Богиня-Матерь, лишь в словесном поединке.

Как же за последние дни я устала от всех этих выяснений отношений, мужского гонора и тайн. А главное, что в их результате, крайней всегда оказываюсь я.

— Я жду ответа, — настаивает Рагнар, и от его тона по комнате словно снежная позёмка посреди лета бежит, настолько голос оборотня холоден.

Перевожу взгляд на жениха. Какой же он высокий! Военная выправка лишь подчёркивает разворот широких плеч и царственную осанку. Слабость отступает, и даже будто вернувшееся зрение становится острее. Я и раньше отмечала, что оборотень по-мужски красив, но почему-то именно сейчас его облик приковывает моё внимание. Я чувствую в нём защитника. Своего защитника. И очень яростного.

— Я так рада, что вы пришли, господин, — вызываю огонь на себя, но жених не реагирует, и, привлекая его внимание, я добавляю тихое: — Рагнар.

Оборотень поворачивается на звук своего имени, и улыбка, расцветшая в первое мгновенье, медленно сползает с его лица. Взгляд Рагнара прикован к узорам на моём лице.

— Что это? — тоном, от которого в жилах стынет кровь, спрашивает он. Богиня-матерь, ещё хуже сделала, а хотела отвлечь от отца, и как теперь выкручиваться?

— Я… Я споткнулась на пороге комнаты и налетела на дверь, только и всего, — впервые в жизни намеренно лгу. Ложь во спасение, в первую очередь самого Рагнара.

— Не лги мне, Велена. Никогда не лги. У лжи есть свой запах, и я его чувствую. То, что я вижу, выглядит как след от удара, — цедит он и переводит тяжёлый взгляд на отца. — Кто посмел?

А отец совершенно деморализован тем, что произошло со мной. Он даже не понимает, что вопрос адресован ему. Сейчас выяснять с ним отношения бесполезно.

— Рагнар, могу я попросить об одолжении?

Глаза его теплеют:

— Конечно, можешь. Слушаю, Велена.

И я даже почти забываю, зачем завела разговор, засмотревшись на его ресницы, но спохватившись продолжаю, чтобы отвлечь от отца:

— Не могли бы мы прогуляться? Здесь ужасно душно, и я уже устала лежать, — умоляющим голосом прошу его я.

— Я вижу все твои хитрости, малышка Велена, — усмехается Рагнар, но и голос, и выражение лица его становятся мягче. — Хорошо, — мне удаётся вызвать его улыбку, — собирайся, мы до ужина ещё есть время. Я подожду тебя за дверью.

Он берёт отца крепко за локоть и выводит из комнаты.

— Постарайся никого не убить, пока меня ждёшь, грозный господин, — вслед ему отпускаю я шуточку.

— Не обещаю, но очень постараюсь, — принимает подачу Рагнар.

Может, всё не так уж и плохо у нас сложится? Во всяком случае чувство юмора у него есть. А это уже немало, учитывая исходные данные для нашей будущей совместной жизни.

Стоит мужчинам выйти за дверь, фыркнув, интересуется матушка:

— Что за представление ты тут разыграла? — она ловко надевает мне платье через голову. — Рагнар же не дурак, всё понял. Глядя на твоё лицо, трудно ошибиться с выводами.