Книга Развод в 44. Вот и сказке конец..., страница 91 – Ольга Тимофеева

Я сижу рядом, на стуле с жесткой спинкой, обнимаю себя.

Мне разрешили тут остаться. Хотя не положено, конечно.

Если бы не он… если бы не подставил машину под удар… Меня бы здесь не было. Я бы не сидела у этой койки. Меня бы просто не было.

Я всматриваюсь в его лицо. Он дышит через трубку. На мониторе пульс. Монотонный, ровный.

— Ты дурак, - шепчу. - Ты самый упрямый, самый дурацкий мужчина, которого я знаю. Сначала предаешь, потом спасаешь. Сначала говоришь это все, а потом жалеешь.

Мы поставили штамп в наших отношения.

Но это не меняет того, что я все равно переживаю за него. А он за меня. Иначе я бы тут не сидела, а он бы не врезался в тот чертов отбойник ради меня.

Дверь чуть приоткрывается. В палату заглядывает Стас, его брат.

— Можно?

Я киваю.

Смотрит на Руслана сдержанно, но в глазах у него тревога.

— Как он?

— Стабильно. Врачи говорят, что сделали все возможное. Теперь - ждать. Может, к утру проснется.

Стас молчит, потом смотрит на меня.

— Кому-то надо фирмой заняться пока.

Смотрит на меня.

— Я ничего не знаю по его делам.

— Тогда я.

— Стас, меня следователь спрашивал, кто это мог быть. Ты ничего не знаешь? - Молчит. - Мы развелись. Зачем меня убивать.

— Зачем? - усмехается. - А ты не понимаешь?

— Нет.

— На него надавили. После истории с прессой и тобой, которую Руслан замял, господин Ли сказал, что с таким скандалом сделка невозможна.

— Что?

— Да. Русу сказали публично отказаться от любой связи с тобой, чтобы не потерять этот контракт.

— А Руслан?

— На него давили, но он отказался от контракта. Без тебя… Без вашего "развода", без публичного отмежевания от тебя - не стал играть по их правилам. Сказал, что ты его семья, и точка.

Я выдыхаю от неожиданности и замираю. Легкие обжигает.

А я смотрю на мужа. Отказался от всего ради меня?

Я утыкаюсь взглядом в белую простыню. И не могу сдержать слез.

Стас садится рядом.

— Я сам удивлен, если честно. Пару недель назад, он наоборот увозил тебя в Китай, чтобы затянуть время с разводом и подписать контракт этот. А как вернулся, так сам все и разрушил. Просто пошел против всех. Сказал нарыть все, что можно на адвоката твоего и ту девушку.

Я медленно поднимаю взгляд.

— И что?

— Я сам с этим разберусь. Но есть подозрения, что они имеют отношение к этом аварии.

— Люд, я понимаю, что вы развелись, но ты не бросай его только сейчас, пожалуйста. Я могу сиделку нанять, но лучше, если ты рядом будешь.

Киваю молча.

Руслан все так же неподвижен.

А приборы также отсчитывают секунды его жизни.

Беру его прохладную руку и прижимаюсь к ней щекой.

— Я найду тех, кто это сделал. Обещаю.

Нет уже злости на него. Обиды.

Да, фантомное чувство о предательстве где-то витает, но сегодня Руслан как будто дал мне второй шанс прожить эту жизнь. А у себя, возможно, его забрал…

Стас уходит, а я так же сижу. Не знаю уже сколько времени. Время в этой палате будто остановилось. Я не слышу шагов, не замечаю медсестер, не вижу, как за окном начинает светать.

Есть только он. Он и его тихое, неестественно ровное дыхание через аппарат.

— Руслан, - шепчу, - ты слышишь меня?

Он не отвечает. Только пиканье монитора.

Почему он не просыпается?

— Пожалуйста… не уходи… не оставляй меня тут одну… - слезы капают прямо на простыню. Я уже не вытираю их, не сдерживаю.