Книга Курвеллочка, страница 44 – Мара Евгеника

— Ах, блять, слышал и видел?! Так значит! Ты, ты, ты…! Давай ебай отсюда, - хрипанула Ирина. - Думаешь, ты единственный мужик в моей жизни что-ли?! Видала и перевидала я таких недо…самцов самоуверенных.

Произнося последнюю фразу Ирка хотела добавить слово "недомерков", но все же хоть и через силу сдержалась и заменила его на "самцов".

Решила не бить Йети ниже паха, потому что мужчину отчего-то и так передернуло. Как это не смешно, но Ирина заметила, как в его чёрных глазищах сверкнули всполохи или искры ярости.

"Это, конечно, может, романтизируя, мне привиделось. Но…Все же волну отрицательной энергетики Йети точно ощутила, - подумала Ириха, понимая, что ей такое не нравится. - Это мне папашу Адольфа напоминает. Он у нас тоже из разряда тихо-буйных. Если его допечь, то можно огрести не только словесно. Мать старается нашего Адю не доводить до ручки, зная, чем это обернется."

Додумать Ирина не успела, почувствовала, как ее жёстко схватили за волосы на затылке.

— Ах, ты ж! Курв…Курвеллочка! Решила своим презрительным взглядом сверху вниз наступить на моё самолюбие, да? Так вот ты просчиталась. Не надо себя переоценивать, милая! Я на одном месте видал подобных тебе заносчивых штучек. И если сейчас ты не успокоишься, то закину твое тело на плечо и пронесу через весь зал. И пусть все думают, что я тебя трахал в туалете, - прошипел Йети прямо Ирине в лицо, притянув её голову к себе за хвост, который он держал в левой руке.

Ириха ошарашенно смотрела на Макса, пока тот звонил водителю и объяснял, что нужно сделать.

Уже около рабочего автомобиля Греков ещё раз проинструктировал Андрея.

— Ирине Адольфовне плохо. Довезешь, проводи прямо до квартиры. Сюда можешь не возвращаться, - дав последние "ЦУ" водителю, Макс открыл заднюю дверь и наклонился очень близко к голове Ирины. - Наш разговор незавершен. Мы продолжим его позже. Думаю Вы меня хорошо поняли…

Глава 18

Отправив Курвеллочку домой, весь остаток делового ужина у Грекова на душе кошки скребли.

Макс понимал, что с Ириной нельзя было так жёстко себя вести.

Да и, в принципе, он сам не привык к такому обращению с женщинами.

В их семье это считалось моветоном. Папа боготворил маму и с дочерью, старшей сестрой Макса, обращался всегда, как с принцессой. Дядя, заменивший ему отца, со своей женой общался только с превеликим пиететом.

Никогда ранее до встречи с Курвеллочкой в отношении всех своих знакомых Максим ни разу не позволил себе хамского или агрессивного поведения.

Все близкие ему девушки наоборот всегда отмечали его вежливость, обходительность и терпение.

"Может все же привирали? Или выдавали желаемое за действительное? Ну, так для красного словца, чтобы подольше остаться рядом со мной," - крутил мысли Макс пока предполагаемый инвестор разглагольствовал о проекте, который Греков назвал "завиральным".

Мысль о прожектерстве присланного дядей товарища закралась в его голову в момент очередного подсматривания за реакциями Ирины Адольфовны.

Кстати, с собой Макс взял именно её, а не техдира Верчука, не случайно.

За короткое время своего руководства сложным электросетевым предприятием вникнуть во все тонкости Максим Викторович, конечно же, ещё не успел. Но…Понять "who is who" (кто есть кто) смог.

Максим прекрасно видел, что Верчук тянет одеяло, то есть деньги, на себя, вернее, в свой карман. За руку Греков техдира ещё не ловил, но чувствовал это чуйкой.