Книга И лёд, и пламень..., страница 95 – Мара Евгеника

— Так, Оля, так и могли! Слава Богу Хамдан был в стране, и мне успели позвонить буквально перед моим вылетом в Оман.

— Тебе то зачем звонили? - очень тихо спрашиваю между выбивающимися всхлипами.

— Стандартная процедура перед операцией. В критической ситуации, когда речь идет о спасении жизни, врачи по протоколу всегда спрашивают мужа и родственников.

— Что спрашивают? Кого спасать в первую очередь спрашивают? Так они у родителей моих могли спросить?

— Родителей твоих самих нужно было откачивать. Отец лежит в кардиологии. Мама только после операции успокоилась и стала более адекватно думать. У врачей не было выхода. Они к Хамдану. Он позвонил мне. Не пидоргу же итальянскому звонить. Кто он тебе и детям, так сплошная фикция.

— И что, ты кого из нас выбрал? Кому ты отдал предпочтение? - спрашиваю уже без слез с металлом в голосе.

— Давай, милая, без истерик! Я все сделал так, как положено. Ты моя Львица! И всегда и во всем будешь для меня в приоритете. Ты нужна детям, мне и своим родителям. Все обошлось благополучно. Все живы и здоровы. Малышки пока в кювезах - специальных аппаратах для выхаживания недоношенных новорожденных. Они оснащены системой искусственной вентиляции легких. Как только девочки сами смогут дышать, начнется второй этап выхаживания. Врачи дают очень хороший прогноз. Малышки крепкие, с хорошим весом. Каждая весит чуть больше 2 килограммов. Как только вы все пойдёте на поправку, мы сразу же летим домой. Все, милая моя, бега твои закончены. И запомни, никакой опасности больше нет. И у тебя есть твой мужчина, все вопросы решаю я. Отдыхай, врединка моя строптивая! Днем мальчишек привезу, а то они совсем сникли.

При упоминании о мальчиках у меня снова слезы на глазах. Слушаю Сашу и понимаю, что он во всем прав.

Едем с Матвеем за Мироном. Старший занимается в школе юных интеллектуалов. Сегодня наша семья, наконец-то, забирает из клиники маму и малышек Миру и Майю.

Девочки за месяц окрепли и подросли, из красных сморщенных комочков они превратились в розовых пухлястых девчуль. Котёна тоже пришла в себя, правда исхудала сильно. В этот раз её грудь наполнилась молоком, и она решила сама кормить наших девочек. Малышки оказались жадными во всех отношениях. Поборовшись с судьбой за свою жизнь, они теперь с остервенением высасывают из своей матери все соки. Все время по очереди висят на груди Оли. Приходя в палату, с умилением наблюдаю за этой картиной.

— Пап, хочешь расскажу тебе тайну, - вырывает меня из мысленного потока Матвейка.

— Конечно, сын, особенно, если тайна страшная, - в знак поддержки подмигиваю младшему.

— Нет, не совсем страшная, но тайна очень тайная. Мирон и Лена - жених и невеста. Мирка сказал, что вырастет и женится на ней.

— Ты, Матвейка, сам это слышал или догадался? - уточняю у сына, благодарю силы небесные за доверие детей друг к другу и ко мне. При этом ставлю галочку поговорить с мальчиками, особенно с Мотей, о том, что тайны свои можно доверять только родителям.

— Папа, я подслушал в саду. Мироша Лене говорил, станет взрослым и женится на ней. Потом он сам мне сказал и предупредил, что это тайна. Ещё он хочет поговорить с тобой и с отцом Лены. Я его опередил и все тебе раньше рассказал, - весело выпаливает Мотька, сверкая от удовольствия своими лазурными глазами.