Книга И лёд, и пламень..., страница 58 – Мара Евгеника

— Ойц, драгоценная моя, как только родишь, я все же выпорю твою вредную и сладенькую жопку. Кстати, теперь я понимаю, в кого маленький рыжун такой конь брыкливый.

— Мотя - не конь брыкливый, звездун - хитровы@банный. Ой, извини меня за мой французский, но слов из песни не выкинешь. Так папа мой - дедушка Лева - про Мотьку говорит.

Говоря про сына, Оля засыпает. Я уснуть совсем не могу рядом с ней. Натягиваю штаны и тихо иду в свою комнату.

После завтрака на глазах у детей мы спокойно с Олей попрощаемся. Она тихо на ухо благодарит меня, что покинул ее комнату. Ещё ночью я забил в Ольгин телефон свой номер. Пожимая руку Мирону, даю сыну свою визитку с просьбой набрать мне прямо сейчас. Мир сделает так, как я ему и говорю. Мотя провожает меня со слезами. Вождь Краснокожих обхватывает мою шею своими ручками и шепчет, что будет меня ждать. Обещаю, приехать как можно скорее. Если бы я мог в тот момент знать, что скорее будет значительно раньше, чем я даже мог представить.

После отъезда Алекса и его компании моих парней штормит прямо не шуточно. Настроения у обоих нонче не то, что давича. Они растут, им нужен вожак стаи. Да, я давно вижу, что мальчишкам не хватает мужского общения. До своего ухода в мир иной, с нами каждый день был Адриано. Он много времени уделял мальчикам. Еще к нам часто и надолго приезжали мои родители и братья с семьями. Дом был полон людьми. Мальчуганы все время общались с мужчинами и не чувствовали себя такими "мамскими".

Я с Мироном сижу на террасе. Вижу, что мой сдержанный Мир нервничает. Хочет спросить и не решается. Не тороплю сына. Мирша собирается с силами и задает все же вопросы, которые его беспокоят: кто их отец, где он, почему не с нами. Несмотря на то, что я давно жду этого разговора, все равно к нему оказываюсь не готова. Никогда не лгу сыну, но сейчас правда не совсем уместна. Она потянет за собой новые вопросы.

— Мирош, ваш отец очень хороший человек. Поверь мне! Иногда, в жизни, так бывает, что у женщины и мужчины есть общие дети, но вместе они не живут. Мама с детишками может находиться в одном городе, их папа - в другом. У нас именно такая история. С вашим отцом мы договорились, как только он решит все свои вопросы, то сразу приедет, и сам познакомится с вами.

Мой Мирон вздыхает, по-взрослому посмотрит на меня, в его солнечных глазенах прыгают языки пламени. Он сердится, зажимает угол губы. Делает все точно также, как и его отец.

— Мам..Ладно… Я понял. Тебе трудно объяснить. Адриано мне говорил, что когда люди становятся старше, то они начинают усложнять самые простые вещи, которые в детстве им давались легко. Все. Я пошел английским заниматься. Да, Мотя тоже придёт с этими вопросами.

Мотька начинает гундосить и конючить уже перед сном. Рыжего беса конкретно волнует другое. Он, капризно оттопырив нижнюю губу, пытает меня, когда приедет Алекс, и почему Мироше он пишет, а ему нет. Взяв свою капризу на ручки, объясняю, что у Алекса сейчас командировка, приедет, как только сможет. Сообщения ему не пишет, потому что он маленький и читать ещё хорошо не умеет.

— Нет! Не пишет, потому что у меня нет своего телефона. Мам, у всех есть, а у меня нет! - смотря в мои глаза своими небесно голубыми с бликами свинца, Мотька начинает по капле из себя давить ледяные слезки.