Книга И лёд, и пламень..., страница 30 – Мара Евгеника

По всему дому разносится напряжённая музыка Бетховена. Не желая нарушать ее внутренний покой, я иду сначала к себе принять душ и переодеться. Все это время музыка звучит. У меня прямо горит, как хочется увидеть Котёну. Закончив свои дела, иду на террасу, где Ольга лечит свою душу. По дороге музыка неожиданно оборвалась. В груди у меня сжалось, я ускоряю шаг.

Дойдя до террасы, застываю в проёме двери. Открывшаяся взору картина, от ее утонченного эротизма, захватывает и парализует…

Ольга в моей белой рубашке, надетой на голое тело и застегнутой всего на несколько пуговиц, сидит за черным роялем. Ворот ассиметрично распался, оголяя лебединую шею и алебастровое плечо. Тело девушки с мягким изгибом в пояснице держит идеальную вертикаль горделивой осанки. Шикарные ноги под правильным углом размещены внизу, а маленькие для ее роста ступни легко касаются рояльных педалей. Ее восхитительные кисти с изящными длинными пальцами нервно подрагивают на клавишах. Полная грудь с острыми сосками вздымается под тонкой тканью. Лицо - напряжённо и сосредоточенно, аккуратный носик вздёрнут, голубые глаза обращены внутрь себя, пухлые, влажные алые губы приоткрыты. Воздух вокруг девушки за роялем висит ощутимой живой материей, окутывая их прозрачной вуалью. Мгновение, и картина взрывается осколками, распадаясь на пазлы под стремительным единым движением, переданным нервным импульсом мозга телу, ногам, рукам, пальцам, клавишам, струнам. Мощный звук ударяет в воздух, стекла, стены террасы. Получив удар этой энергетики, я испытываю чувственный восторг и дикое возбуждение.

Моя рыжуля никого не замечает, играет отчаянно на разрыв. Тихо сажусь в кресло, боюсь испугать девушку или даже не так, боюсь спугнуть, процессы, происходящие в её голове, а может и в ее душе. Оля отчаянно играет, я наблюдаю и любуюсь.

В какой-то момент проваливаюсь в воспоминания передачи денег и освобождения заложниц. К сожалению, и мы, и служители закона, решив задержать хоть кого-нибудь из похитителей на месте закладки, лоханулись. Вспоминать об этом тяжело, и уже не хочется, потому что эта оплошность едва не стала причиной гибели девушек. Хорошо, что сотрудники частного агентства сработали оперативно, и Олю с Кэти успели найти.

Уже при выполнении операции по освобождению полицейские и сотрудники агентства действовали на редкость слаженно и чётко.

Первым в одной из комнат обнаружили мертвое тело одного из похитителей. По заключению патологоанатома смерть наступила в результате артериального кровотечения из поражённой выстрелом конечности. Если бы подельники погибшего отвезли раненого в госпиталь, то он бы остался жив. Ну, как говорится, собаке собачья смерть.

Девушек долго не могли найти. Практически разрушенное здание оказалось постройки начала 19 века без внешнего подвального цоколя. Внутри вход в помещение похитители предусмотрительно закидали всяким хламом. И еще гробовая тишина. На призывы никто не отвечал. И только найдя вход и попав в подвал, стала понятна причина молчания похищенных. Уходя нелюди, предусмотрительно сделали своим жертвам уколы наркотического препарата. Обе девушки находились в состоянии обморока.

Кэти металась и стонала. Ольга лежала, вытянувшись, без сознания. Рыжулю вынесли в грязном одеяле. Её тело прикрывало старое рубище, пропитанное кровью. Прекрасные кудри девушки вырезаны клочьями. При виде Котёны по моему телу прошёлся электрический заряд ненависти к тем, кто такое посмел сотворить. Мое воображение рисовало самые страшные картины надругательств над девушкой.