Книга Измена. Просто так не сдамся, страница 7 – Мара Евгеника

После разговора с Юрой иду в запасник, где стоят в ящиках в ожидании витрин экспонаты китайской галереи.

Партнер моего биеннале назвал свою экспозицию в соответствии с китайской традицией – строкой из стихотворения поэта эпохи Тан Ли Бо – "Очищается сердце мое, идя по Чистой реке..."

Надеваю белые перчатки и с любовью осматриваю фарфоровые скульптуры Конфуция и белоснежную царя обезьян Сунь Уку́на.

Вглядываюсь в элементы национального костюма, народные китайские картины и образцы каллиграфии.

Любуюсь гордость китайской стороны – скульптурой Князя-дракона Восточного моря, которая была сделана в XVII веке неизвестным мастером.

От осмотра меня отвлекает моя сотрудница - молодой искусствовед Мария.

— Юлия Борисовна, Вас спрашивает девушка, - мягким голосом сообщает Маша.

Вспоминаю, что у меня еще назначена встреча с очень талантливым арт-консультантом Софьей из Тель Авива.

— Спасибо, Мария. Можете недолго занять нашу гостью. Я через минутки две выйду.

Складываю экспонаты в ящики, снимаю перчатки, поправляю волосы и иду в торговый зал галереи, где слышны голоса - мягкий тихий Марии и громкий высокий, который, как я понимаю, принадлежит гостье.

Подхожу, приветливо улыбаясь. Представляюсь, понимая, что яркая блондинка с алой помадой на пухлых губах точно не арт- консультант.

Девушка внимательно и даже несколько придирчиво окидывает меня взглядом и представляется:

— Элона. Можно просто Эля.

Киваю головой и уточняю:

— Чем обязана вашему визиту, Элона? Хотите что-то присмотреть для интерьера?

— Интересное предложение. Но…В другой раз, - мазнув взглядом по стенам и коллекции экспонатов, которые стоят в зале продаж, отвечает женщина.

Приподнимаю удивленно бровь, но вопроса не задаю, жду пока гостья сама обозначит причину своего визита.

— У меня к вам дело...личное…

Блондинка делает паузу, вероятно, ожидая мою реакцию.

Продолжаю молчать, не желая ей помогать своими вопросами.

— Я - любовница вашего мужа, - с акцентом на каждом слове тоном победительницы произносит фря лет на двадцать моложе меня.

От неожиданности дергаю головой, словно меня ударили по лбу.

Взмахиваю ресницами и сжимаю челюсти, чтобы сдержать непроизвольный нервный смешок.

— Извините, - тут же раздается сконфуженный голос Марии. - Юлия Борисовна, мне можно идти.

— Да, конечно, милая, - отвечаю очень спокойно, хотя у меня все внутри дрожит и в ушах стоит гул, словно сигналит локомотив.

Как только моя сотрудница уходит, поворачиваю голову с приветливой маской на лице в сторону непрошенной гостьи.

Смотрю на нее молча, даже не веду бровью.

Держу паузу, создавая эффект неловкости и вынуждая паршивку начать говорить первой.

И она ожидаемо не выдерживает.

— Юра вас не любит, - прищурив лисьи глаза, с вызовом в голосе выдыхает Элона.

— Думаете, вас любит? - пожимаю плечами и мягко улыбаюсь, потому что уже успела взять себя в руки.

— Он называет вас - ведьмой, - фырчит зло гостья.

— А вас - пуси-пуси?! - смеюсь заливисто, вспоминая, как Юрка обозначает молодых финтифлюшек.

— Неужели вас не волнует, что Юра вам изменяет? - хмурится нахалка.

— Нет, - беспечно поправляю рыжие кудри, намеренно демонстрируя свое равнодушие. - Если бы волновало, то это я бы пришла к вам, а не вы ко мне.

— Да уж… Юра был прав. Вы все и всех переживете, - желчно шипит дева.