Онлайн книга «Моя месть. Шах, тебе мат!»
|
Молчу, жду пока Роман «родит» то, что зудит в его мозге. — Женя, я понимаю, что мы оба люди с багажом в личном плане. Но…Хочу, чтобы ты свой оставила в бюро. Думаю, ты понимаешь о чем я? Роман замолкает, но я чувствую, что он еще не все сказал. Вернее, не сказал то, что его беспокоит и нервирует. — Ты увольняешься, Женя! Твой БОСС остается в твоем профессиональном прошлом, - продолжает Зорин после паузы. - Я не хочу о нем слышать ни-ког-да! — Я услышала Вас, Роман Дмитриевич. — Это отлично! Но…Я хочу, чтобы ты это поняла и запомнила! - со сталью в голосе произносит Зорин. — Роман Дмитриевич, разговор в таком тоне мне крайне не приятен. Может, Вы поторопились со своим решением жениться на мне? Может стоит отменить свадьбу? - говорю мягко, фактически мырлычу. - Я хочу, чтобы Вы услышали меня и подумали над моими словами. На последней фразе, мысленно чертыхаясь, нажимаю отбой. Закидываю номер Зорина в черный список, чтобы не мешал мне нормально поговорить с Шахом. Но… Мысленно благодарю его, что дал мне заряд своей отрицательной энергией. В приемной Вероника меня встречает настороженно. После приветствия ловлю на своем языке вопрос: «Что, Ника, случилось?! - но просто молча смотрю на помощника. Девушка кивает головой в сторону двери шефа. — Яков Рубенович ждет Вас, Евгения Юрьевна… Перед входом делаю вдох-выдох и представляю вокруг себя стеклянную сферу. Зайдя внутрь, ровно здороваюсь с Шахом. Он сидит за шахматным столом и один разыгрывает партию. — Привет, Жень! Сыграем?! Яков смотрит на меня выжидающе, словно готов к моему отказу. Вместо слов киваю головой. Фигуры расставляем молча. Разыгрываем первый ход. — Реально решила уйти из бюро? К Мазай пойдешь? - интересуется между делом Шах. — Ухожу. Сама к себе… — Решила кабинет открыть? — Угумс, - думаю, как пойти дальше. - Занимаюсь этим уже. Кто это брюнетка, Яков? Ты ее снова к матери поселил? — Это что тема для осуждения, Жень? — А почему и нет, Яш. Я с дочерью твоей час назад общалась. Маше помощь психолога нужна. Это тебе для сведения. Но… Она мне частично рассказала про эту брюнеточку и про твою клятву умирающей жене… Переставив фигуру, поднимаю глаза и смотрю пристально на Шаха. Он тоже не отрывает взгляда от меня. Но… Невозмутимости Якова можно аплодировать стоя. Неожиданно для себя провожу параллель между безупречно-выдержанным Шахом и импульсивно-взрывным Зориным. Последний, к сожалению, проигрывает. Меня эмоциональные качели Романа часто удивляют и раздражают. Зорин очень старается быть хладнокровно-невозмутимым, только это ему дается с трудом и лишь благодаря врожденному упрямству. — Девушку зовут Лилия. Увидел ее на заправке. Она приезжала к матери в онкоцентр. Пропустила последний автобус. Плакала. Я ей помог, - тихо и без единой эмоции на лице произносит Яков. - Поселил пока в квартире старшего сына. Если помнишь, он уехал работать заграницу. Ты поэтому взбеленилась, Жень? — Знаешь, сначала думала, что поэтому, Яш. А потом поняла: нет…Просто пришло время уходить. Я выросла, - говорю, и делаю ход, приближающий меня к победе. Шах смотрит на меня и свободной рукой кладет на стол стол красную бархатную коробочку. Я с улыбкой мажу по ней взглядом. Наклоняюсь к сумке, достаю белый конверт. |