Книга Счастье в 50. Драмы больше нет, страница 37 – Мара Евгеника

— Нет. Вы что? Это неудобно и даже неприлично. Я домой поеду, – вскрикиваю тихо, стискивая в руках телефон.

— Хорошо. Не стоит так переживать, – хмыкает Орлов. – Я тебя отвезу…

Просыпаюсь по привычке в свое “рабочее” время. Трогаю через животик и поглаживаю свою лапусю. Мысленно желаю своему пузожителю доброго утра и расти здоровеньким.

Улыбаюсь. Потягиваюсь. Открываю глаза. Смотрю на часы. И о ужас…

Вспоминаю, что я в доме не одна. Потому как внизу в гостевой комнате спит целый генерал.

— Да, малышуля, твоя мама вчера заварила кашу. Купер разбила. В истерику впала. Чужому мужчине всю неприглядную изнанку нашей семьи вывалила, – шепчу, поглаживая живот. – Вот что играй гормон делает с нормальными женщинами…

Произнося последнюю фразу, снова проваливаюсь в события вчерашнего вечера.

Мне почему-то кажется, что если бы не разговор с Карповичем, то я бы не попала в аварию.

– Денис, и ты еще смеешь упрекать меня в непорядочности? Ты?! Как такие обвинения может мне кидать тот, кто предал жену и семейные ценности? Ты убеждаешь меня в том, что поздняя беременность может привести к печальным последствиям, – последнее проговорила, обходя острые углы, но не для Карповича, а для малыша. – А сам на стороне прижил ребёнка.

Сделала паузу, потому что мой голос начал дрожать, а на глазах снова выступили слезы.

– Твоя любовница сообщила, что ей рожать скоро. Получается, наш ребёнок тебе не нужен по причинам надуманных тобой проблем. А у бастарда их не может быть априори? Я так понимаю?

– Да. Все верно. Она значительно моложе тебя.

– Значительно – это на сколько? – этот вопрос задала, потому что мне реально интересно, сколько лет любовнице.

– На двадцать двадцать семь, – ответил на голубом глазу Денис. – Только речь не об этом, Муза. Вопрос в другом. В запрете проведения моих платежей без твоего согласования. Как я понимаю, ты решила объявить мне войну.

– Нет, Денис. Я решила перевести вопрос в плоскость законодательства. Не хочу, чтобы ты тащил одеяло семейного бизнеса на себя.

– Не дури, Муза. Прими моё предложение. Откроешь для себя лично в своей клинике эстетической медицины стоматологический кабинет. Ну, чтобы не скучать и не терять навыки, – совершенно спокойно произнес Карпович, словно речь шла о стакане воды.

– Нет, Денис. Делить будем все по закону. Проведём оценку всего: имущества и бизнеса, – все продадим и деньги поделим. После каждый сам решит, что делать дальше.

После моих слов Карпович разразился многоэтажной тирадой ненормативной лексики.

— Ладно, малышуль, нас двое – мы все сможем и все преодолеем. Мама любит тебя! Надо вставать. У нас в доме гость, – шепчу, словно меня может услышать кто-то еще. – Знаешь ли, этот генерал Орлов очень даже и хороший человек. Он маме твоей сильно помог. Еще и домой привез…

Да, уж сейчас, вспоминая о своей вчерашней истерике в присутствии Назара, по моей коже даже под струями горячей воды пробегают мерзлявые мурашки.

– Больше тридцати лет вместе. Отличная семья. Прекрасные сыновья. Создали с нуля бизнес. Оба здоровы. Между собой полное взаимопонимание. Ну, я так думала. Но… Сейчас мне открылась неприглядная правда, что жила и дышала все эти годы человеком, которого не знала, – рыдала я в плечо Орлова.

– В жизни всякое случается, Муза. К сожалению. Но… Может муж твой просто испугался. У многих людей такое бывает. Первая реакция – отрицание, – поглаживая по плечу, успокаивал меня Назар. – Вот и твой. Подумает. Взвесит все. Все же ребёнок...