Книга Счастье в 50. Драмы больше нет, страница 14 – Мара Евгеника

Если бы такая ситуация у нас была первая, то я бы вероятнее всего, расстроилась и слезно рассиропилась. Но…

За годы семейной жизни подобного случалось немало, потому теперь я реагирую совершенно спокойно.

Выехав с парковки, поворачиваю в сторону нужного мне направления и включаю легкую музыку.

Мой релакс минут через десять прерывает входящий от Юльки.

Посмотрев на экран телефона, даже думаю скинуть звонок. Но…Все же нажимаю принять.

— Музик, ты как? Как пупся себя ведет? Встретила отца - молодца? Сказала уже или решила придержать до утра?

— Что за дурацкая привычка, Юль, выстреливать вопросами, как из пулемета? Привет, милая!

— Ну, извини, Музик. Отчего ты не в настроении?

Пока подруга говорит, я демонстративно громко вздыхаю, показывая ей, что она не права.

— Ой, прости-прости. Да-да… Я снова здорово… Говори. Слушаю.

— Денис прилетел. Встретить не смогла. Была на операции в травме. Устала, как собака. Еду домой. Одна. У Карповича какая-то важная деловая встреча. Так что пока поговорить не удалось, – говорю несколько заторможено. – Пупсик нормально. Сегодня утром вроде почувствовала шевеление. Но… Думаю, это плод моего воображения. Ну, или кишечник с утра так отработал. – Вялая, потому что устала? Или плохо себя чувствуешь, Муз? – встревоженно интересуется подруга.

— Самочувствие у меня в норме. Есть и спать хочу. Даже и не знаю, буду ли ждать возвращения Дениса. Может сейчас себя с лапулей порадую вкусняшкой и завалюсь смотреть тупую комедию. И все же, вероятнее всего, разговор перенесу на завтра, – договорив вздыхаю, потому как шестое чувство машет сигнальной карточкой: просто не будет.

Верить своему предчувствию я привыкла, потому как оно меня никогда не подводило.

— Музка, ты меня, конечно, извини. Но… Если быть объективно честным, то твой Карпович - муфлон конченный.

— Юль, зачем ты сейчас это говоришь. Думаешь, мне от этого легче дышать станет. Мы обе знаем, Денис вот такой. И никогда другим он не был и уже не будет, – начинаю нервничать и горячиться.

— Извини меня, Музочка, – тут же примирительно отвечает Юля. – Просто у меня сердце кровью обливается. Если бы не ты умница и супер профи, то Карпович до сих пор бы сидел в терапевтах где-нибудь опе мира.

— Все относительно, Юль. Мы с Денисом единое целое. Я бы без него тоже могла и не состояться как профессионал. Все же у него есть чуйка. Он хороший организатор и бизнесмен, – парирую слова подруги. – Зачем без видимых на то оснований принижать достоинства нашего папки. Ну, ты чего, Юль?

— Ну, да… Понятно. Муж и жена одна сатана. Но… Только я еще раз повторю то, что всегда тебе говорю: с другой женой Карпович не добился бы всего этого. Музик, он без тебя – дырка от бублика.

— Ладно. Предлагаю миру - мир! Я уже сворачиваю к нашей деревне. В понедельник созвонимся, Юль.

Прощаясь с подругой, я еще не знаю, что встретимся мы гораздо раньше понедельника…

Утром традиционно просыпаюсь в отличном настроении.

Не открывая глаз, кладу ладони на живот, глажу место, где живет маленький, но уже такой важный для меня человечек.

Улыбаюсь и мысленно чмокаю свое маленькое сокровище. И тут…

Как и вчера пальцами чувствую едва ощутимое движение.

— Малышуль, это у нас утренняя перестальтика кишечника или твои шебуршения? Мама не очень хорошо поняла… Может повторишь? – говорю, пальпируя пальцами живот.