Книга Двойное счастье генерала Сокола, страница 24 – Мара Евгеника

— Моя дочь не имеет к вам никакого отношения. Вернее, Вы к ней. - Уверена? - рычит Андрей, присаживаясь на стул напротив.

Вижу, как на его щеках проступают красные пятна. Переживаю. Сглатываю горечь с языка. От волнения пальцы подрагивают.

В моем мозгу медика тут же проносятся мысли: “Волнуется, злится, нервничает! Надо бы тонометр достать и послушать сердце. Выписать рецепт. Нет…Лучше…” Считаю до трех, выдыхаю и спокойно произношу: - Вам в стационар нужно.

— Нет.., - хрипло рычит Сокол. - Мне нужна моя дочь. Назови адрес детского сада, я поеду к ней.

— Не занимайтесь ерундой, товарищ генерал, - произношу категорично.

— Вам нужен строгий покой. Полное обследование и медикаментозная терапия. Внешние признаки, которые я сейчас вижу, говорят о том, что у Вас повышенное давления и тахикардия…

— Назови мне адрес, где сейчас Вика. Я съезжу. Повидаюсь с дочерью и подарю ей куклу,

— Андрей упрямо, как заезженная пластинка, повторяет фразу и сверлит меня глазами.

Поджимаю губы. Нижнюю прикусываю изнутри. Смотрю на Сокола, а вижу СВОЮ дочь.

И мне ужасно хочется закричать об этом в лицо мужчине, сидящему напротив меня. Хочу, чтобы он точно знал, что Вика - МОЯ! Я так решила, когда узнала, что беременна.

Известно мне об этом стало известно только два месяца после той злосчастной пурги, когда я ушла от Стаса и попала в дом к незнакомрму мужчине, имени которого я не знала до этой пятницы.

Рассталась с тем, с кем провела страстную ночь, фактически НИКАК.

Он расчистив машину, зашел в дом и рявнул: “Поехали!”

Я молча взяла чемодан и сумку, вышла из дома, села в салон на заднее сидение. Он занял водительское место, уточнил, куда я собиралась ехать.

Ответила коротко, что в Новосибирск, и попросила, высадить меня на остановке.

Мы выехали. Пока пробирались по заснеженной дороге от коттеджного поселка. Я задремала.

Глаза открыла, когда уже мчались по трассе.

- Остановите, где вам удобно. На любой остановке. Я автобус подожду, - попросила, желая как можно быстрее расстаться с ним.

- Зовут как? - рявкнул мужчина, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.

- Лана, - выдохнула в ответ, вздрогнув от жёсткости его голоса.

- Так вот…Лана. У меня в городе дела. Думай, где высадить тебя.

До Новосибирска мы ехали в полной тишине.

Увидев многоэтажки, попросила высадить меня на ближайшей остановке, что он и сделал без слов.

Выходя из салона машины, я тихо поблагодарила: “Спасибо!”

Он кинул в ответ: “Будь здорова!” - подождал пока я закрою дверь и отойду и дал по газам. Позже я много думала о мужчине, с которым провела ночь.

Думала, но не потому что во мне зародилась новая жизнь.

Я, в принципе, до нашей встречи в пятницу не была уверена в том, от кого забеременела: от Стаса или от незнакомца. Мне как матери было совершенно безразлично, кто отец моей дочери.

Да, было непросто первый год после рождения Вики. Пришлось выйти на работу сразу, как закончился больничный лист.

Часы пока я находилась в центральном госпитале, куда мне удалось перевестись, моя крошка проводила в доме малютки.

Устроить Вику мне помог наш начмед Загорин.

Заведующая детдомом сначала относилась ко мне скептически, думала, что я брошу дочь, но потом прониклась к нам с Викушей. Предложила мне вечернюю подработку. Это очень помогло с деньгами. Про отца своей крошки я даже и не вспоминала.