Книга Вот и я, Люба!, страница 99 – Мара Евгеника

Дома я появлялся не часто и ненадолго. Даже отпуска мы больше проводили врозь. Сначала её это печалило, а потом стало радовать.

Изменение вектора её настроения меня и не удивило, и не озадачило.

Я шёл к своим звёздам не оборачиваясь, не размениваясь на пустяки и не обращая внимание на мелочи, а жена моя тихо, медленно, но верно падала на дно бутылки.

Момент моего прозрения стал для меня настоящим ударом. Долго не мог принять факт, что алкоголизм вылечить сложно, особенно женский. Мне, к сожалению, не удалось победить болезнь жены.

Смерть её воспринял даже с некоторым облегчением, дескать, отмучились оба, потому как последние несколько лет мы с женой практически совсем не жили вместе.

Во время моей командировки после очередной выписки жены из специального заведения для лечения таких больных женщина моя снова ушла в "алкогольное пике".

Вернувшись, нашёл её у такого же запойного мужика, к которому жена начала сбегать постоянно. Несколько раз силой забирал домой, потом перестал за ней ходить.

Не за долго до смерти жена пришла домой сама. Она находилась в таком ужасном состоянии, что мне пришлось снова отправить её в клинику, из которой мы с младшим сыном проводили нашу страдалицу в последний путь.

За десять лет после смерти жены у меня ни разу не возникло желание жениться ни одной из женщин, с которыми состоял в разновременных связях. Даже на Жаннете, вернее Жанке, задержавшейся в моей холостяцкой жизни дольше всех.

Наша последняя встреча в офицерском собрании подтвердила правильность моего виртуозного лавирования между хитрыми Жанкиными ловушками.

С гордо поднятой головой захожу со своей прекрасной Данаей в большой зал, где установлены фуршетные столы с шампанским, лёгкими закусками и фруктами.

Боковым зрением наблюдаю, как наша с Любушкой пара становится объектом придирчивого осмотра и тихого обсуждения присутствующих в зале.

Не без удовольствия фиксирую на своей женщине внимательные взгляды особей мужского пола.

Если Любушка от нервов чувствует себя неуверенно и зажато, то я наоборот ощущаю приятное, щекочущее и будоражащее бурление крови в своем организме.

Самому немного смешно, но реально от распирающего чувства гордости, сам себе напоминаю дурацкого Кинг Конга, осталось только пробить кулаками на своей груди дробь победителя и по-животному утробно рыкнуть, чтобы все самцы осознали, что это самка только моя. Да, и чтобы женщина рядом почувствовала: лучше того, кто держит её под руку нет и уже не будет.

Конечно, "ритуальный танец победителя" я не исполняю, но на на ментальном уровне, окинув зал взглядом, все же рычу от удовольствия со всей мощью своей самцовой души.

Любаша, будто почувствовав мой настрой, тоже ощутимо успокаивается, улыбается спокойно и приветливо без глупого жеманства и кокетства.

В какой-то момент мне приходится отойти от Любушки на несколько минут.

Возвращаясь к моей Данае, неожиданно сталкиваюсь с Жанной. Провожу взглядом по офицерам, потому как не могу понять, что она здесь делает и с кем пришла.

Глазами сталкиваюсь с полковником, чисто визуально его помню, но фамилию не знаю. Потому как полкан на меня смотрит, понимаю, что Жанна теперь под ним.

— Приветствую, Степан Григорьевич! Неприятно удивлена, увидев, на какую бабищу-коровень ты меня променял? И где ты только умудрился эту гардемариншу найти? — голосом с разбитными интонациями тихо и язвительно шелестит Жанна. — Хотя, в принципе, мне понятно, какой поп, такой и приход.