Книга Ты моё спасение души, страница 62 – Мара Евгеника

— Интересно очень. Ник, а есть ещё что-то, что Слава вспомнила? Например, тебя, кошака, милиционера, у которого жила долго? - уточняет брат. - Может что-то о себе?

— Нет, о себе она ничего не помнит. Ни меня, ни Гато, ни свой медальон, - она так и не вспомнила. Юля говорит, Слава считает, что я спас её после автомобильной аварии и подарил ей медальон. Помнишь, как мы с тобой тогда легенду для нее придумали. Ну, если вдруг она вопросы начнёт задавать.

— Конечно, помню. Почему и в какой последовательности восстанавливаются ячейки памяти, и пройдёт ли этот процесс в полном объёме или нет, тебе, Никита, никто не сможет сказать. Я в самом начале объяснял, что у пациента в результате черепно-мозговой травмы обязательно будут проблемы с памятью, концентрацией внимания, речью, мышлением и другими когнитивными функциями. Для восстановления их нужны специальные тренировки. Юля, и за это ей отдельное спасибо, сумела дать толчок. Судя по темпам продвижения процесса вперед, Славка до трагедии была очень развитой девушкой в плане мышления. Отсюда все то, о чем ты мне рассказываешь. Речь, к сожалению, у многих обычно долго восстанавливается. В этом вопросе нужно усиленно заниматься с логопедом.

— Понятно, что ничего не понятно, - пыхчу немного нервно. - Про логопеда я тоже понял. Решаю вопрос.

— Ник, я не буду тебе читать лекцию про мозг. Уверен, что ты и без меня все сможешь прочитать, чтобы знать чисто на обывательском уровне. Одно могу сказать, что даже для учёных, которые занимаются вопросами мозга и мозговой деятельности - это самый загадочный орган человеческого организма. Банальный пример, многие люди вспоминают свое детство где-то с момента пяти лет, но есть те, кто-то помнит события своего годовалого возраста. Многое в нашем мозгу вдруг неожиданно всплывает. И нам кажется, что мы этого не знали. Еще раз обращаю твое внимание на словосочетание, "нам кажется", потому что наш мозг это зацепил одной или несколькими видами памяти, но мы просто не акцентировали на этом внимание. Да, и человеку легче называть это красивым словом дежавю.

— Может Славе частично рассказать правду про её музыкальную династию, про прабабушку и бабушку - известных оперных див, про прадеда её скрипичного мастера, про деда - скрипача-виртуоза? Ну или скрипку Страдивари девчонке показать? Вдруг она вспомнит что-то из своей жизни?! - вопросы, озвученные мной, для меня скорее просто мысли вслух.

— Никита, в данном случае наиболее уместна поговорка "не буди лихо, пока оно тихо". Не станет ли то хорошее, что ты хочешь девочке рассказать, триггером, который может вытянуть на поверхность её памяти ужас, пережитый ею. Да, и я тебя ещё раз предупреждаю, что спусковым крючком её памяти может стать слово, жест, звук, визуальный ряд, предмет. Даже камень, о который она может споткнуться. Никто не может предугадать реакцию Славы на воспоминания. Не восстановятся события ее памяти до травмы, и слава Богу. В данном случае, зачем ей груз этого деструктива? Кто знает, как психика на это отреагирует. Годы парализации на фоне срыва психи могут показаться раем. Так что, Никита, не надо бежать впереди паровоза. Пусть все идёт, как идёт.

После разговора с братом и договорённости пообщаться в неформальной обстановке еду в аэропорт, гоняя одни и те же мысли по кругу. На обратном пути делюсь ими с мамсиком. Мама совершенно солидарна с Александром.