Онлайн книга «Без твоей любви этот мир не для меня»
|
— Давай, пей. Это слабый раствор марганцовки. Станет легче. Беру стакан со стоном, что я его ненавижу. — В данном случае, милая, ненавидеть ты должна только себя, — рявкает Мамонтов. Выпиваю стакан марганцовки. — Закрой рот и подержи. Пусть в желудке немного побудет. Но… Меня сразу рвёт. После очередного приступа «рыголетто» Савва подхватывает меня на руки и несёт в душ. В душе моет меня. У меня даже нет сил сопротивляться, хотя хочется его поколотить. И главное — я не понимаю, как я оказалась в нашей квартире вместе с ним. Еще и в постели. Пока я отрешенно думаю, Мамонтов заворачивает меня в полотенце. Потом терпеливо ждёт новый приступ тошноты. Но… Мне уже даже рвать нечем. И состояние у меня тяжёлое, потому что на ногах я стоять не могу. Савва несёт меня в спальню, кладёт на кровать. Я тихо скулю и всхлипываю. — Ненавижу тебя! Ненавижу! Если бы ты знал, как я тебя ненавижу! Как ты вообще мог?! — Подожди, милая. Я что-то не понял. Что значит — как я вообще мог? То есть ты — многодетная мать — бросила детей одних дома и поскакала с какими-то проститутками в клуб… Трясти жопой как последняя шлюха… Там нажралась до синева и блевотины… Последние фразы Мамонтова бьют меня наотмашь. Хлеще, чем если бы Савка дал мне пощёчину. Округляю глаза и бью его по лицу. Савва перехватывает мою руку. — Блядь, ещё раз меня ударишь — выдеру твою задницу ремнём. Будешь ходить как макака. Ты поняла меня, маленькая шлюшка? И тут меня прорывает. — Ах, это, значит, я шлюшка?! — я начинаю дёргаться и орать. — Значит, это я изменила мужу и принесла в подоле нагуляша? — Марина, мы это обсуждали уже тысячу раз. Я не хочу больше возвращаться к этому! — рычит Мамонтов. — Ты не изменила мужу. Просто не успела. Но… Ты была на грани и с тобой могло случиться всё что угодно. — Со мной всё что угодно? Со мной ничего не могло случиться! — ору на Савку так, что у самой в ушах звенит. — Мне было хорошо, я контролировала ситуацию! — Кто контролировал? Ты как последняя блядь там крутила жопой в этом чёртовом красном платье, которое валяется порванное. Ещё хоть раз увижу такую шмотину в твоём гардеробе — выпорю тебя. — Ты не имеешь права! Мы с тобой разведены! — цокаю, пытаясь вырваться из его лапищ. — Это ты, дурочка, так думаешь. Ты — моя жена. И иного не дано, — жёстко и грозно произносит Савка. — Ах вот так?! Это ты, дурак, так решил. Но… Этому не бывать. Я, может, в клуб пошла устраивать свою личную жизнь! — Ага… Ты пошла потому, что у тебя пизда чесалась, дорогая моя, — отвечает и сильнее прижимает меня Савва — А у тебя что тогда? Хуй зачесался на Алтае, что ты на эту Машку кинулся и трахнул её, и ребёнка ей заделал? — У меня нигде ничего не зачесалось. — А зачем же ты на неё залез?! — Я не собираюсь сейчас выяснять с тобой отношения, Марина. Радуйся, что я тебя вытащил из этого вертепа разврата… — Конечно же! Савва Мамонтов — лагодетель и спасатель. Спасибо тебе, что пришёл в клуб и спас меня! Кстати, как ты там оказался? Кто меня продал? Кто позвонил и сдал? Ийка… — Никто мне не звонил. — Так как же ты узнал, что я в клубе? — взвизгиваю, пытаясь укусить его за руку. — Я секреты, пароли и явки не выдаю, — со смехом язвит Савва. — Неважно как я узнал. Самое главное, что я там увидел. |