Книга Александр: линии судьбы, страница 3 – Кристина Ният

— Позвонишь?

— Мам, какой «позвонишь»? Иди спать.

— Я уже не хочу спать.

Я недовольно посмотрел ей в глаза, и она улыбнулась. Мама родила меня вскоре после окончания школы, и порой ее сложно воспринимать достаточно взрослой, чтобы меня опекать. Я помню, в школе мне никто не верил, что она моя мать. Да и сейчас ситуация почти не изменилась. Ярослава Вячеславовна по-прежнему слишком молодо выглядит в сравнении со своим взрослым сыном. У матери длинные черные волосы, которые она часто заплетает в косу, стройная фигура и довольно высокий для женщины рост. Поцеловав ее в щеку, я выскочил в гараж и отметил, что родные, видимо, недавно здесь все переделали. Сняв чехол со своей машины, я обрадовался, что за ней следили и содержали в чистоте.

BMW Estoril Blue казалась совсем новой, будто только что сошла с конвейера. Устроившись в салоне, я выехал из гаража и первое, что сделал, — закурил. Дым окутал машину, когда я, обгоняя других по встречной полосе, вливался в неспящий город. После Китая все казалось старомодным и каким-то бесцветным, но мне нравилось, что здесь меня всюду поджидают приятные воспоминания. Я переехал с матерью в Москву, когда учился во втором классе, и тогда этот город казался мне планетой будущего после провинциального Ярославля. Забив в навигаторе название клуба, я прибавил скорость, предвкушая встречу с друзьями, которых не видел целую вечность. Честно сказать, я всегда испытывал неприязнь к клубам. Не ловил приятных эмоций в окружении потных и обкуренных людей, которые тусовались под громкую музыку с пьяными воплями. Но сегодня Чайкин замутил праздник, и я не смог остаться в стороне: он старался организовать веселье по случаю моего возвращения. Увидев меня, он повис на моем плече и долго причитал, как сильно рад меня видеть.

— Чайка, хорош! Ты уже налакался? Да отцепись ты от меня!

— Ветер, один вечер не будь свиньей и дай тебя как следует рассмотреть!

Я рассмеялся и вывернулся из его объятий. У клуба припарковалось такси. Из него вышел Владимир, мой давний друг, с которым мы исследовали Китай. Он прибыл в Москву на несколько недель раньше меня и успел обустроиться, тогда как я только осваивался и привыкал к обстановке. Владимир Коляда — моя полная противоположность, но в свое время мы крепко сдружились.

— Ты чего так вырядился? — спросил я, дергая его за воротник белоснежной рубашки. — Для стриптизерш старался?

— Оставь его, Саш. Не смущай нашего девственника! — Чайка хлопнул его по плечу, и тот закатил глаза. — Вов, учти, сегодня твой последний шанс кого-нибудь подцепить!

Гоняя шутки, я не обратил внимания на девушку восточной внешности, которая подошла ко мне сзади и попыталась закрыть мне глаза ладонями. Однако из-за моего высокого роста ей не удалось до меня дотянуться. Я обернулся, и она завизжала, крепко меня обнимая.

— Ветров! Я так соскучилась!

— Тише ты, задушишь.

Ляйсан повисла у меня на шее, и мне пришлось обхватить ее руками. Я знал ее с пеленок и относился к ней как к сестре. Наши матери долгие годы были близкими подругами и, по сути, вместе растили нас. Только Ляся из всех моих знакомых знала меня настоящего, без притворства и мишуры отцовских бабок.

— Саш, какой ты стал широкий!

— Благодари китайские пельмени, — вставил Коляда, пока Пашка пытался флиртовать с девочками у входа в клуб. — Он поглощал их кастрюлями за один прием пищи!