Книга Александр: линии судьбы, страница 239 – Кристина Ният

— Не матерись! Я сто раз просила выражаться культурно! У тебя скоро будет дочь, и ты должен следить за тем, что говоришь!

Саша ничего не ответил, и мы легли спать, обиженные друг на друга. Каждый из нас считал себя правым, и это большая трагедия для молодой семьи. Нужно уметь уступать, нужно уметь прощать, нужно искать компромиссы. Я плохо спала, и муж тоже всю ночь вертелся. Утром я проснулась намного раньше, специально чтобы приготовить для него завтрак. Он зашел на кухню уже одетый.

— Блины?

— Да, — недовольно ответила я.

Он обнял меня, улыбаясь.

— Не ругайся со мной, Лен. Я тебя люблю.

— Я тебя тоже люблю...

Саша поцеловал меня, и все недопонимания стерлись. Он плотно позавтракал и съел почти все блины, а после ушел на работу. Глядя на гору немытой посуды, я задумалась: почему же я так хотела выйти замуж? Откровенно говоря, в браке для женщины больше минусов, чем плюсов.

Александр

Чайкин вздохнул. Я оторвал взгляд от телефона, смотря в серо-голубые глаза друга.

— Что?

— Скукота. Я чувствую себя брошенной телкой.

Я усмехнулся.

— Лене скоро рожать. Я должен быть всегда на связи.

— Лена — это... Лена — то... В кого ты превратился, Ветер? В ручную болонку?

— Я тебе это припомню, когда ты женишься, — я вновь взглянул на телефон..

Чайкин убрал руки за голову и облокотился на спинку стула.

— Вряд ли такое чудо произойдет. Тем более у меня перед глазами есть пример. Мой лучший друг любезно шагнул в пропасть первым.

— Плохой пример? — я отхлебнул кофе.

— Отвратительный. Из-за рыжей ты потерял все. А какие перспективы были! Честно, я думал, ты по стопам отца пойдешь.

— У меня своя дорога.

— С протянутой рукой?

Я нахмурился, а Чайкин развел руками.

— Без обид, но если не я, то кто скажет правду? Ты отшил Китай и привязал к ноге якорь. Жена, детишки — с таким багажом никуда не улетишь.

Он сыпал соль на открытую рану. Я постоянно об этом думал. Конечно, я любил Лену, но двигаться с таким балластом сложнее, чем одному. Семейный человек тащит за собой груз ответственности, и от этого замедляется скорость его достижений.

— Значит, я уже прилетел куда нужно, — я улыбнулся, хотя внутри разливалась неприятная желчь горечи.

— Ты способен на большее.

Внимание Чайкина привлекла темнокожая иностранка у барной стойки, и он потерял нить разговора. Вскоре мы попрощались, и я поехал домой с кучей неприятных мыслей в голове.

На следующее утро Лену увезли в родильный дом. Я был на работе и не находил себе места. Мама поехала к ней, отец — ко мне. Он отвез меня к жене. Это было очень волнительно. Я выкурил свою и отцовскую пачки сигарет, сидя в машине под окнами больницы. Отец сидел рядом. Он откинул сиденье и прикрыл глаза, пока я дышал как бык.

— Ты хочешь ребенка?

— Что?

— Спрашиваю: ты хочешь этого ребенка?

— Да... Бля, пап, что за вопрос? Конечно, хочу.

— Тебе подфартило, что будет дочка.

— Ты пацана хотел?

Отец открыл глаза.

— Да чтоб он из тебя всю кровь выпил.

Я усмехнулся.

— Подожди завидовать, я еще не знаю, на что способна дочь...

— С ней тоже могут быть проблемы.

— Какие?

— Клубы... сигареты... проституция.

— Молчи.

Он усмехнулся, наблюдая за мной.

— Может, и не повезло. Я бы с девчонкой точно не поладил.

— Ариана будет очень благовоспитанной.

— Если пойдет характером в свою мать, а если в тебя...