Книга Отель "Империал", страница 60 – Виктория Новикова

Она снова запнулась, и я не торопил. Пусть идет так, как получается.

— В один день Витя вернулся и смотрел на меня так, будто это сделал не он, а кто‑то другой. Тогда он долго вымаливал прощение. Говорил, что подсел на какие‑то наркотики, они затуманили разум, он не понимал, что творит. Пообещал, что такого больше никогда не повторится. И я, как дурочка, поверила… поверила и простила.

Ее губы дрогнули, и она резко втянула воздух, будто пыталась удержать рыдание.

— На собственной свадьбе я была вся в синяках. Кое‑как спрятали их под макияжем. Спустя время он появлялся дома все реже. Когда приезжал, все вроде было нормально. Но я чувствовала, что он меня не любит. Был просто как хороший друг. А дальше… дальше ты знаешь. И этот кошмар начался снова.

Она опустила голову, и плечи ее затряслись.

— Ты не должен был знать об этом… никто не должен знать…

Эмоции взяли верх, ее накрыла истерика. Колени подкосились, и она рухнула на пол, закрыв лицо руками, и заплакала так, будто пыталась выплакать всю эту боль разом.

Я притянул ее к себе, крепко прижал, позволяя ей рыдать у меня на груди. Казалось, чем крепче я держу, тем меньше у нее остается сил держаться самой. И это было правильно: пусть сейчас держится за меня.

Когда ее рыдания стали тише, я встал, быстро достал из аптечки успокоительное, вернулся и помог ей сделать пару глотков. Она тут же снова вцепилась в меня, обхватив руками за шею, будто боялась, что если отпустит, то снова провалится в тот кошмар.

Я гладил ее по волосам, шептал что‑то тихое, бессмысленное, но такое нужное сейчас.

— Прости, что заставил тебя снова это пережить. Но ты должна была выговориться. Больше он никогда не появится в твоей жизни. Я позабочусь об этом. А твоими ранами займусь я. Ты не одна, слышишь, Кейт? Я всегда буду рядом. Сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете. Только дай мне шанс. Я… я не могу без тебя. Ты — та, с кем я хочу разделить свою жизнь.

Она замерла, уткнулась носом мне в ключицу и прошептала то, чего я не ожидал услышать так скоро:

— Я люблю тебя.

Я чуть отстранился, чтобы видеть ее лицо. Взял ее за подбородок, приподнял, чтобы заглянуть в заплаканные глаза.

— Что ты сейчас сказала?

— Когда ты уехал на неделю, я боялась признаться в этом даже себе. Но там, в клубе… я все поняла. Хотела сказать тебе сегодня, после того как мы покинем то место. В какой‑нибудь приличной обстановке. Но… вышло вот так. И теперь я не знаю, как ты будешь на меня смотреть после того, что узнал. Но лучше я скажу сейчас.

— Повтори, — прошептал я, не сводя с нее взгляда.

— Я… люблю тебя.

Эти слова ударили под дых — и тут же все внутри вспыхнуло. Резким движением я притянул ее к себе и впился в ее губы. Одной рукой скользнул по затылку, удерживая, другую положил на талию, прижимая так крепко, будто боялся, что она растворится, если ослаблю хватку.

Я не спешил углублять поцелуй сразу — давал ей шанс отстраниться, сказать «стоп». Но она не отодвинулась. Наоборот, ее язык робко коснулся моего, и от этой маленькой смелости у меня потемнело в глазах. Я дерзко ответил на поцелуй, наращивая темп, позволяя желанию прорваться наружу.

Мои руки скользнули ниже, легли на ее ягодицы, слегка сжимая их. Подхватив ее, не разрывая поцелуя, я сел на диван, устраивая ее сверху. Она зарылась пальцами в мои волосы, чуть сжала — и даже этот легкий жест отозвался внизу живота горячей, острой волной. В брюках стало тесно, и я чувствовал, как она прижимается ко мне, и это заводило еще сильнее.