Книга Изгнанный бог, или сто и одна бусина благодарности, страница 97 – Рацлава Зарецкая

— Ничего не понимаю, — произнесла Лика. — Если Марена не сможет прервать наши жизни, то мы с Васей теперь бессмертные?

Жива отрицательно качнула головой.

— Но Марена же не может теперь нам навредить… — Лика переводила растерянный взгляд с Живы, на Яра.

— Не может, — кивнула богиня. — По своей воле. Судьбу вершит не она, а Природа. Марена лишь слышит ее приказы и выполняет их. Иногда она может вмешаться и опередить Природу, но это бывает редко.

— Значит, я теперь смертный? — тихо пробормотал Вася, испуганно глядя на Живу. — И умру с Ликой в один день?

Богиня кивнула.

— А сколько она будет жить? Она же не умрет завтра, или через неделю, или через месяц?

— Типун тебе на язык! — крикнул Ярило, прижимая к себе Лику. — Моя девочка будет жить до глубокой старости! Уж я постараюсь!

Жива усмехнулась и произнесла, глядя на Васю:

— Он постарается, слышал?

Однако оруженосец все еще был шокирован новостью о том, что он больше не бессмертен. Удивительно, ведь совсем недавно он решительно шел на смерть, а теперь испугался того, что стал смертным.

— Подождите, — никак не мог уняться он, — но ведь я намного младше! Я умру не в справедливом возрасте… Эй, меня кто-нибудь слышит?! Яр, Лика, хватит смотреть друг на друга такими влюбленными глазами! Жива, скажи им! Ох, как несправедлива жизнь!..

* * *

Поздно ночью, когда все домочадцы спали крепким сном, Ярило осторожно вышел из своей комнаты и покинул дом.

На улице заметно похолодало, и бог весны подивился, как быстро наступила осень. А ведь казалось, что он только вчера свалился с небес на голову Лики и вышиб из нее дух.

При мысли о любимой девушке на губах Яра появилась мечтательная улыбка. После ухода Живы они поднялись в ее комнату и до позднего часа держали друг друга за руки и разговаривали. Когда уставшая Лика уснула, Яр с неохотой выбрался из ее теплых объятий. Он с удовольствием бы остался в них, но дело не требовало отлагательств. Вернее, разговор.

В близлежащем лесу было тихо и спокойно. Ярило остановился на небольшой опушке и стал ждать.

Марена появилась спустя несколько минут. Она больше не была в человеческом обличии и теперь являла истинную себя: устрашающую и мрачную богиню зимы и смерти.

— Все кончено, — объявил Яр, мысленно отметив, что теперь может спокойно, без опаски и даже отвращения смотреть на Марену.

— Нет, — холодно произнесла богиня. — Я тебя не отпущу.

— Жива говорила с тобой? — Богиня должна была навестить Марену и все ей рассказать. — Ты больше не сможешь навредить ни Васе, ни Лике. Это значит, что все кончено.

— Нет, не кончено! — Марена повысила тон. Ее холодный взгляд стал темным и мрачным.

Ярило вздохнул. Впервые ему стало жаль Марену.

— Надо уметь говорить «прощай». Уметь отпускать и жить дальше.

— Без тебя жизнь — не жизнь вовсе!

— Открой глаза, Мара! — в сердцах воскликнул Ярило. — Ты зациклена на мне! Твоя любовь токсична, она отравляет всех вокруг, включая тебя саму. Оглянись назад и посмотри, сколько плохого ты сделала из-за чувств ко мне.

Марена поджала губы и тише произнесла:

— Я не буду извиняться. Не жди.

— Да я и не жду, — фыркнул Ярило. — Я вообще мог не приходить, но решил, что должен поговорить с тобой в последний раз лицом к лицу. Как ни удивительно, но я не держу на тебя зла. Раньше держал, но теперь нет. Теперь мне просто тебя жаль: такую злую и одинокую.