Книга Дочка от сурового Волшебника, страница 58 – Ксения Фави

Хозяюшка гостеприимная, а вот все остальное… Не могу понять ее настроение и пока просто иду в ванную. Освежающий душ сгоняет запал. Да и вся атмосфера.

Переодеться мне есть во что. Долго не копаюсь — серая футболка, черные штаны и тоже в приличном виде покидаю ванную. Олю нахожу в ее гостиной-кухне. В воздухе запах чего-то запеченного.

— Ты наверняка голоден, — она поднимает брови, — как насчет мяса и овощей?

Идея мне нравится. А вот ее обреченный тон совсем нет. Она как будто не встретила меня, а куда-то провожает.

— Я обязательно поем, только чуть позже.

Девушка отводит взгляд.

— И я сейчас не о близости.

Теперь она его удивленно вскидывает.

— У тебя не вызвало ни капли счастья то, что я наговорил? — продолжаю монолог. — Если нет, какой смысл во всем этом? Если я торчу тут, как заноза…

— Кирилл, нет, — она взмахивает рукой, чтобы меня прервать, — я предлагаю ужин совершенно искренне. И хочу накормить тебя с дороги тоже.

Я и не чувствую в ней лицемерия. Просто хочу разговорить.

— Обязательно поем твою стряпню, малышка. Но сначала хочу узнать, что не так.

Оля стискивает пальцами свои же локти. Как будто защищается. Но видит бог, я говорил самым добрым тоном, какой у меня есть!

— Все было чудесно, Кирилл, — вижу, не врет, — я давно не чувствовала себя так хорошо.

Щеки трогает румянец. Но глаза такие же грустные.

— Ты почувствуешь себя так много раз, обещаю. И еще лучше.

— Не уверена. Давай, поедим?

Но мне кусок не полезет в горло.

— Оля, ну почему?

Обхожу стол, встаю напротив нее и бежевых кухонных шкафчиков. На их фоне особенно заметно, какая она бледная.

— Может быть, ты сначала…

— Я не буду есть!

— Ну хорошо.

Она делает шаг назад от меня. Почти впечатывается в мойку.

— Что, Оля?

Девушка пристально смотрит мне в глаза.

— Кирилл, Даша — моя родная дочь. И твоя дочь тоже.

Улыбка, с которой я приготовился утешить ее, застывает. Я держу ее по инерции и до боли в мышцах. Все остальные части моего тела тоже цепенеют.

— Дашка — кто?

— Это наш с тобой ребенок, Кирилл.

В голове вспышка за вспышкой возникают кадры моего знакомства с мелкой. Я подумал, это крестница. Потом, что она взята под опеку. Я цеплялся за эти, казалось бы, логичные выводы и откидывал подальше другие догадки. Неудобные для меня догадки. Болезненные.

Но может ли причинить боль маленькое глазастое существо? Совсем беззащитное. Мое горло как будто что-то сковывает… Я не сразу могу говорить.

— Почему я узнал об этом так поздно? Ты… Когда ты обнаружила беременность?

Еще не подозреваю, что мне предстоит услышать дальше.

— Незадолго до того, как твой начальник охраны попросил держаться от тебя подальше. Попросил — мягко сказано, как ты понимаешь.

А теперь я вспоминаю, как был заблокирован везде, где только можно. Ее телефон молчал. Дверь не отпиралась, а пожилая соседка сообщила — Оля уехала к тетке. Взяв на работе отпуск.

Наш последний разговор был о детях. А Захарыч пробил, что несколько дней назад она связывалась с крутым центром планирования семьи в столице. Он же предполагал, что она не отказалась от темы детей. И логичный вывод — я с своими принципами тут не в строчку. Тогда я не был готов отступить от них. Но черт возьми, я не знал, что ребенок — это уже не просто цель! А Захарыч знал.