Книга Телохранитель. Миллионер. Жених?, страница 71 – Ксения Фави

Мы следили за Оксаной. Во-первых, нам нужен был Овчинников, который скрылся за границей. Во-вторых, самое важное - нам нужно было понять, не стоит ли за Окс кто-то из серьезных людей.

Наблюдение ничего не показали, как и признание Оксаны.

Тупая подстава Али была от и до ее рук дела. Ну и Овчинникова.

Он всегда был хорошим исполнителем, и Добрыня даже сделал его замом. Но до принятия решений не допускал. Олег объективно не дотягивал.

Вот в нем и созрела обида.

Всё прояснилось, но вот Ромашка… Что теперь думает, одному Богу известно. Решила поди, что я хотел по очереди спать с ними двумя.

Наивная… Даже если не брать в расчет, что мне морально никого кроме нее не хочется, так ещё член-однолюб на другую не встанет.

И если раньше меня это пугало, то сейчас не напрягает вообще. Больше волнует, сильно ли злится Ромашка.

Жду Алю на улице. С ней говорить в учительской вообще не хочется. Найдем более уютное место.

Однако разговор начинается прямо в машине…

— Отвези меня на нашу с мамой квартиру! - насупливается.

— Аль…

— А как ты думал? У нас… У нас все было, а эта твоя Оксана считает, что я фиктивная… дура!

Ну завернула. Не удерживаюсь от смешка. Гордого!

— Ну если дура, то только фиктивная. Ведь на самом деле ты у меня умница.

— У тебя… - ворчит.

— Именно.

— Ромашечка…

— Ой!

— Аля, - перехожу на серьезный тон, - Оксана вела против меня игру, и я должен был убедиться во всех деталях. Вдруг все серьезнее, чем кажется.

— Ммм, как это? - в голосок проникает интерес.

— Сейчас я тебе все расскажу.

*****

Аля

Игнат рассказывает, а я всё больше в шоке. Ну Оксана! Как ловко хотела от меня избавиться!

— Игра не против тебя, а против меня, - уточняю, когда Строганов все рассказал.

— Для меня это одно и то же, - не соглашается.

А по моей коже растекается тепло. Он считает нас одним целым…

— Она не хотела тебя терять, - говорю и в чем-то ее понимаю.

— Это уже произошло, - Игнат усмехается, кидая на меня взгляд, - да и способ можно было выбрать получше. Если бы она пришла и поговорила, рассказала бы о своих чувствах, я бы ее даже пожалел. Предложил остаться друзьями.

Ахаю.

— Чего?! У тебя вон Бронников есть, с ним и дружи.

Игнат смотрит на мое серьезное лицо и широко улыбается.

— Ревнивая Ромашка.

— Строганов!

— Не терпится ответить тебе тем же.

— Чем ещё? - не понимаю.

— Тоже назвать Строгановой.

— Ой!

Хмурюсь, но не могу сдержать глупую улыбку.

— Аль, - Игнат переходит на серьезный тон, - да не стал бы я с Оксаной дружить. Ну просто бы поговорил по-человечески. Не более. Но она решила пойти другим путем. А такое я не мог спустить.

— Да уж, сама напросилась…

У Игната все же есть мужские и человеческие принципы. Другой на его месте мог приказать расправиться с наглой бывшей куда более зверским способом.

Но потому я и могу доверять Строганову. И люблю.

— Так что, Ромашка, - говорит Игнат, его голос звучит хитровато, - теперь ты в долгу передо мной. Я ведь морально пострадал из-за твоих подозрений. Пострадал сильно и теперь… ужасно голоден!

— Чего?! - я ахаю. Хоть и понимаю, что он не серьезно. Решил разрядить обстановку, скорее всего.

— Хочу окрошки.

Отвечает так невозмутимо. Не понятно, то ли правда, то ли подстебывает меня. А скорее всего - и то, и другое.

Подыгрываю. Дую губы.