Книга Семья из прошлого, страница 27 – Ксения Фави

Поднимаю взгляд и напарываюсь на его — хитрый. Готова спорить — ни черта он не сожалеет! Подразнил и испытал удовольствие. Вон даже рис уплетает с еще большей охотой.

У меня же дерзкий ответ не придумывается вот так сразу. Плюс, до сих пор в голове образы девиц, которых Аверин встречал за эти годы. В общем, я просто пыхчу, как паровоз. Ем прохладный творог. А хочется приложить его ко лбу!

— Мама! Ма!

Так, проснулась моя малышка. Надо бы забыть о глупостях про ее отца и пойти приглядеть, чтобы она не упала на лестнице.

— Я здесь, милая.

Аля уже довольно ловко шагает по ступенькам. Спутанные волосики, след на щечке. Такая трогательная. Вот глядя на дочку, мое сердце точно переполняется добром.

Жду ее внизу.

— Там бабушка? — она показывает рукой в сторону кухни, откуда раздался звук посуды.

Я замираю. Как ответить? Аля сразу назвала Святослава папой, он ее не поправлял, и я тоже. Но вот так прямо сказать самой и еще при нем… Он ведь не дал свой официальный ответ насчет отцовства.

— Тут я, Аль.

Свят сам показывается в дверном проеме.

— Папа!

От меня дочка бежит к отцу. Сначала расставила ручки для объятий. Но ближе к нему все-таки тормозит. Не уверена. К моему горлу подступает ком.

— Привет!

Аверин присаживается сам и раскрывает для нее руки. Вернее, одну руку. Ею же он подхватывает дочку, когда та обнимает его за шею.

— Ты был на работе? — интересуется Аля уже у папы на руках.

— Да.

— На кораблике?

— И на нем тоже, — Святослав переводит взгляд на меня, — она запомнила!

Киваю.

— Да, Аля растет и все больше понимает.

Смотрю в глаза Аверина. Но тот не смущается.

— И это здорово, — он покачивает дочку, снова обращается ко мне, — слушай, я обратил внимание — на въезде в поселок есть центр для детей. Там какое-то творчество, да и просто тусовка. Может, походите туда пока? До садика.

Хмурюсь. Впрочем, идея неплохая. Там малышка будет не полный день, привыкать не нужно. Все какое-то разнообразие. И польза.

— Там и детские психологи, наверное, есть? Хотела бы показать Альку.

Мы все идем на кухню.

— Зачем? — удивляется Аверин с некоторым испугом.

Кажется, даже крепче прижимает дочь к себе.

— У нее много изменений в жизни. Шаткое состояние. Хочется понять, как она это переживает, и как ей помочь.

Святослав хмурится. Ссаживает Альку с рук на стул.

— Да она — счастливый ребенок!

Ух, мужчины опасаются психологов.

— Внешне она радуется. А внутри может быть неуверенность. Прием я оплачу, у меня есть деньги.

Так, сейчас наш доблестный военный вскипит как чайник. Уже слышу свисток. Аверин оказывается рядом. Мне хочется шагнуть назад, но за спиной холодильник.

— Я дам тебе карту, с нее и заплатишь!

Он не зол, а скорее возмущен. А как он хотел?

— У меня нет цели тянуть из тебя деньги…

Примолкаю. Но не от взгляда, полного праведным гневом. А от того, что этот самый взгляд опускается на мои губы. И следит за каждым их движением. Мне кажется, они даже гореть начинают немного.

— Ма, хочу творожок!

Нам напоминают, что мы не одни. Аверин отшатывается. Я иду к дочке.

— Сейчас, милая.

Алька получает творог с грушей, который я достала из холодильника заранее. И еще свой любимый кекс.

— Свят, выпьешь чаю? — вспоминаю о заботе.

Мужчина прокашливается.

— Да. Кстати… С этим плечом совсем забыл сказать — на следующей неделе мы приглашены на юбилей. Алю лучше будет оставить с бабушкой… А мы поедем в один из ресторанов в центре города.