Книга Училка на все руки. Дисциплинирую вашего папу, страница 29 – Ксения Фави

Я и Лада идем по коридору. Стены здесь тоже не радуют глаз. Светлая, но какая-то тусклая краска, периодически прерываемая плакатами о профилактике травм.

Заходим в кабинет. Вместе. Не сговариваясь.

Доктор Петров – мужчина средних лет, с редкими русыми волосами и добрыми глазами.

Я сразу здороваюсь и спрашиваю про дочь.

— Здравствуйте. Вы, я так понимаю, родители Марианны? - уточняет Петров, обращаясь ко мне, но взгляд его перебегает на Ладу, и в нем мелькает удивление.

Ну да, маман такой взрослой (хоть и глупой!) козы слишком молодо выглядит.

— Да, я отец. А это Лада, наша... учительница, - представляю я.

Может, звучит странно, но как я должен был ее представить?

Доктор кивает и больше не задает вопросов. К тому же не думаю, что у него много времени на любопытство.

— Нехило девчонка приложилась, - по-простому говорит он, показывая рентгеновский снимок. - Перелом кисти, правая рука. Придется гипс накладывать на месяц-два.

Лада подходит ближе, внимательно разглядывая снимок.

— Это серьезно? – спрашивает она, и в ее голосе звучит искреннее беспокойство, а не просто формальный интерес.

— Ну, скажем так, это не самая легкая травма, но и не критическая, - успокаивает доктор. - При правильном уходе и соблюдении всех предписаний рука срастется. Главное, не давать ей лишнюю нагрузку.

Киваю. Одновременно и злюсь на дочь, и переживаю. Хочу быстрее ее увидеть. Мой человек оплатил отдельную палату, где они с Агнией сидят.

Ремня бы им, а не привилегии!

Шумно выдыхаю, стискиваю челюсти. И вдруг чувствую…. девичью ладонь на своем плече.

— Не волнуйтесь так, Степан Вячеславович. Давайте пойдем к Марианне.

Ничего особенного. Простой человеческий жест и слова. Но внутри меня что-то развязывается. Тугой узел, который тянул и мешал.

А ведь Лада нужна сейчас не только Маришке, но и мне.

— Идем. Трачу ваш вечер не пойми на что!

Трезво я понимаю, что мы заняли ее время. Но Лада лишь морщит нос.

— Да ладно вам!

Находим нужную дверь и входим в тесную палату. Она реально крохотная, но какую бы еще нашли так внезапно. Да и проведет здесь Маришка максимум одну ночь. На всякий случай и чтоб наука была.

Смотрю, сидит на кровати.

Коленки обняла здоровой рукой. На другой гипс. Мордаха зареванная, весь натуральный макияж слезами смыла.

Поднимает голову на шум.

— Папа!

Отцовское сердце екает, чего уж. Подхожу к ней с целой стороны. Сажусь на кровать, обнимаю и прижимаю к груди. Маришка хлюпает носом.

— Поняла, надеюсь, что блогерство - это не твое?

Дочка только сопит. Зато вторая, здоровая, не может промолчать. Хмыкает.

— Вот так родители и подрезают нам крылья.

Может, в случае Агнии я погорячился с книгами? Начитается, еще острей на язык станет.

— Да вы и сами неплохо справляетесь, - киваю на переломанное "крылышко".

— Как ты, Мариан? - Лада вклинивается в наш милый семейный разговор.

Девчонки поворачиваю головы к дверям.

— Лада Александровна!

У Маришки опять глаза на мокром месте. Агния улыбается.

Лада проходит и присаживается на кровать к Мари с другой стороны. Осторожно гладит ее по волосам.

— Поправляйся…

Мари трется о ладонь учительницы, ко мне прижимается. Смотрю, Агния как-то хитро на нас уставилась. Киваю ей.

— Что?

Та лыбится.

— Вы так мило смотритесь все вместе!