Книга Мыши не курят!, страница 97 – Татьяна Крылова

— И тогда Старцев и Рудов смогли бы выкупить у вас компанию, — догадалась Лена.

— Или заключить со мной договор на выполнения заказа для немцев. Своих производственных мощностей и специалистов у них же нет. Только суммы в навязанном договоре прописали такие, что «Последний штрих» едва-едва смог бы сводить концы с концами.

— Получается, все упиралось в то, что вы лично руководили компанией и вели все сделки?

— Верно. Дмитрий и Виталик понимали, что немцев из поля зрения я не выпущу. Значит, им нужно было как-то вывести меня из игры. И они придумали блестящий план! Нашли старый дом, хозяйка которого недавно померла. Подговорили нотариуса состряпать завещание в мою пользу и оформить на мое имя наследство. Опоили меня на мероприятии у Виталика, чтобы я подписала все нужные документы. Потом опоили меня еще раз перед сделкой с немцами. Утром я плохо соображала и легко уговорилась отдохнуть в деревне пару дней. Дмитрий рассчитывал, что запрет меня на недельку в подвале. Провернет все, а потом шантажом и угрозами заставит молчать. Он знал, что все получится, потому что успел понять: оказавшись в трудном положении, я не сдаюсь и не бегу за помощью. Свои проблемы я стараюсь решать сама.

— Это все в компании знают, — подтвердила Лена. — Но почему же вас обвинили в убийстве?

— В ту ночь, когда меня должны были упрятать в подвал, на скотном дворе преступник натолкнулся на деревенского пьяницу. Испугался, что его узнают, и убил несчастного старика. После чего, разумеется, сбежал.

— Или решил, что и так сойдет. Понадеялся, что убийство произошло в вашем доме и вас станут подозревать в первую очередь.

— Если так, то он оказался прав.

— Ох! Инга Сергеевна! Как же тяжело вам пришлось!

— Еще как тяжело! — поддакнула Инга. — Представь себе, почти неделю без связи с внешним миром! Ни одного звонка, ни одного сообщения. И как я только выжила?

Лена допила остатки кофе. Хрустнула печеньем, стыдливо смахивая в ладошку упавшие на столешницу крошки. Инга наблюдала за секретаршей с легкой улыбкой на лице.

«Напрасно, — думала Инга, — я была так строга с ними. Избегала их, держалась за стеной от них. А ведь они милейшие люди… Нет, конечно, панибратства допускать нельзя! Но иногда ведь можно посидеть за одним столом и выпить чая, обсудив последние сплетни. От этого же никому не будет хуже!»

Стоило вспомнить о чае, как в памяти в тот же миг воскресли все тягостные раздумья, а в сердце — чувства, от которых Инга старалась откреститься. И вновь на языке завертелись оскорбления, в душе поднялось возмущение, грозя вот-вот прорваться наружу.

Стараясь не подавать виду, что ее что-то тревожит, Инга встала и подошла к чайному столику. Бутылка коньяка, из которой Лена капала в кофе, сама прыгнула Инге в руку.

— Инга Сергеевна, зачем же из горла? Дать вам бокал?

Начальница закашлялась, почувствовав себя застигнутой на месте преступления. Жадно втянула носом воздух. Закупорила бутылку.

— Не стоит, Лена. Больше не хочу.

Секретарь покачала головой. Оставлять начальницу без заботы явно было чревато тяжелыми последствиями для нее самой и компании. Поэтому Лена подошла к тумбочке в чайном углу, легонько отстранила Ингу Сергеевну и достала из глубины верхнего ящика вскрытую упаковку шоколадных конфет.