Книга (Не)наследницы для миллиардера, или Ты нам не нужен, страница 44 – Маргарита Солоницкая

— Еще и улыбается, коза, — пробурчал я, поднимаясь.

— Сладенькие мои, — едва слышно произнесла Кристина, — я так соскучилась.

— Сладенькие? — переспросил я. Вот только мне никто не ответил. Так что пришлось отправляться в аптеку и думать над тем, каким-таким сладеньким она улыбается. Неужели у нее несколько мужиков. Еще и сладенькие? Может еще и одновременно с ними крутит? Вот же коза. Завела себе сладеньких и улыбается. Ну ничего, ничего, я еще выясню, что там за сладенькие. И никаких сладеньких больше не будет. Потому что Кристина МОЯ!

Издеваться на Тимофеем было весьма приятно. Причем самое интересное, у меня не было к нему ненависти, злости. Хотя, прощения тоже не было. Да и понимания. Просто благодаря любимому отцу я уже давно отпустила всю ситуацию. Да, было обидно, больно и горько от того, как он поступил. И да, тогда я просто ненавидела его. Ну как можно было ничего не проверив, поверить кому-то непонятному и вышвырнуть меня на улицу. Ведь знал же, что мне некуда идти. То есть, это была официальная версия. А если подробней, то официальной версией было то, что я приехала в город из глухой деревни. Где меня воспитывала бабушка, которая совсем недавно умерла. Я поступила в институт, из имеющихся денег сняла квартиру и немного подрабатывала.

Да, такая у меня была официальная легенда. А на самом деле… На самом деле, когда мне было четыре года, мой отец, уже тогда преуспевающий бизнесмен, кому-то перешел дорогу. Причем настолько сильно, что от него захотели избавиться. Но сперва решили пригрозить. И в итоге устроили покушение на маму. Просто сбили ее машину в кювет. Спасая меня, мамочка подставила себя. Просто успела закрыть собой при столкновении с деревом. В итоге мама погибла сразу. А я осталась жива. Даже не пострадала особо. Видимо, все-таки, детское кресло спасло. И мама.

Отец, понимая, что на этом его враги не остановятся, быстро определил Артема в какую-то закрытую военную школу. А меня отправил к бабушке. Точнее к своей теще. Которая как раз и проживала в глухой деревеньке. Так и оказалась я на воспитании у бабушки. Отец навещал меня очень редко. Боялся, не хотел вывести на мой след. А брата я и подавно не видела несколько лет. Они с отцом начали приезжать только когда мне исполнилось двенадцать. Кстати, Артему уже тогда было восемнадцать. И он собирался идти служить.

В общем, так и получилось, что до своего совершеннолетия я была с бабушкой. И лишь когда она покинула меня, отправилась действительно устраиваться в университет. Причем отцу об этом не захотела сообщить. Решила, что я сама по себе, а они с братом сами по себе. Раз была не нужна. Ну, именно так и считала тогда.

Отцу я соизволила позвонить лишь только тогда, когда меня Тимофей выставил из своей квартиры. И мне некуда было идти. Примчался за мной брат. И, везя в родительский дом, долго высказывал про мою безответственность. Но мне было уже плевать. Слишком многое пережила я за текущие сутки, чтобы реагировать на брата и его высказывания.

Как ни странно, но отец сразу понял, что со мной что-то случилось. Поэтому пришлось признаться во всем. Только умолчала о личности отца моего ребенка. Еще же было слишком рано, чтобы знать о том, что у меня родятся две девочки.